Владимир устроился позади кресла Людмилы Павловны, Оксана подозвала своих мальчишек, а я встала рядом с мужем. Кирилл держал в руках тщательно упакованный фотоальбом: он собирался подарить его бабушке сразу после общего кадра.
— Кирилл, поставь пока эту коробку и отойди в сторону, — холодно распорядилась свекровь. — Сейчас снимемся только своей семьёй.
— Я её внук, — спокойно произнёс Кирилл.
Он сказал это без вызова, почти тихо, но фотограф всё равно опустил камеру, будто понял, что сейчас будет неловкая сцена.
— Никакая ты нам не родня! — резко бросила Людмила Павловна, причём так громко, что даже за соседним столиком разговоры стихли. — Не тебе решать, кто попадёт на мою семейную фотографию. Не нравится — можешь уходить с моего юбилея!
Кирилл молча поставил коробку на стул. Я подошла к нему и взяла за руку — точно так же, как много лет назад у школьных ворот. Только теперь мой сын был уже выше меня почти на голову.
— Тогда мы уходим вместе, — сказала я.
У гардероба нас догнал Владимир. Он говорил вполголоса, явно опасаясь, что гости в зале услышат продолжение скандала.
— Валерия, ну зачем сразу так? Мама перенервничала, люди приехали поздравить её издалека. Пусть Кирилл поедет домой, а мы потом всё спокойно обсудим.
Я посмотрела на него и не сразу нашла слова.
— То есть ты предлагаешь нашему сыну уйти одному, а нам вернуться к столу и есть торт?
Владимир отвёл взгляд. Ответа у него не было. Я забрала подарок, взяла Кирилла под руку, и мы вышли на улицу. Возле клумбы сын вдруг остановился, хотя такси уже стояло у входа. Он словно не мог заставить себя открыть дверцу.
— Мам, я же этот альбом делал не ради дачи, — тихо сказал он. — Просто хотел, чтобы она хоть раз обрадовалась, что я приехал.
Зачем вечером срочно понадобился ключ
Дома Кирилл аккуратно повесил рубашку в шкаф и сел за кухонный стол. Я включила чайник, достала пирог, но он даже не притронулся к еде. Только листал снимки в телефоне. На одной фотографии они с дедом сидели на крыльце того самого дома и вместе прибивали первую ступеньку.
Примерно в девять вечера у него зазвонил мобильный. На экране высветилось: «Бабушка Людмила». Кирилл взглянул на меня, включил громкую связь и принял вызов.
— Завтра Оксана с детьми едет на дачу, — начала свекровь без всякого приветствия. — Сегодня привези ей ключ. На утро машина уже заказана.
Кирилл несколько секунд молчал.
— С чего вдруг Оксана туда едет? — наконец спросил он.
— Будет жить там всё лето. У неё квартира маленькая, тесно с детьми, а дом всё равно пустует. Рабочие расчистят сарай, мебель переставят. Я уже всё решила.
Постепенно выяснилось, что Оксана заранее наняла грузчиков, собиралась перевезти туда свой диван, а дедов письменный стол вынести на веранду. Кирилл спросил, что они собираются делать с инструментами в сарае.
— Да там одно ржавое железо! — вспыхнула Людмила Павловна. — Я сорок лет на эту дачу ездила, и теперь должна отчитываться перед мальчишкой? Утром ключ будет у Оксаны, и разговор окончен.
— Нет, — твёрдо ответил Кирилл. — Завтра туда никто не переезжает. И ничего из дома не выносит. Если Оксана хочет приехать в гости, пусть сначала поговорит со мной.
— Ты мне угрожать решил? — голос свекрови сорвался на крик. — Да кто ты вообще такой, чтобы распоряжаться домом моего мужа!
Почти сразу после этого позвонила уже Оксана. Она говорила раздражённо и быстро: внесла аванс за машину, договорилась с рабочими, оформила отпуск. Теперь, по её мнению, Кирилл был обязан утром приехать, открыть калитку и помочь вынести «всё лишнее».
Я забрала телефон у сына.
— Оксана, прежде чем тратить деньги и строить планы, можно было спросить у владельца, согласен ли он?
— Валерия, не надо меня учить, — отрезала она. — Мама сказала, что дедова дача остаётся семейной. Ты прекрасно понимаешь: Кирилл не имеет права нас оттуда выгонять.
Кирилл молча выдвинул ящик и достал документы: выписку о праве собственности и договор дарения. И дом, и участок принадлежали ему — не бабушке и не Оксане. Причём дарственную никто не обнаружил случайно в старом шкафу: о ней в семье знали давно. Просто все были уверены, что взрослый внук не решится им возразить.
Ещё прошлой весной дед сам предложил оформить дачу на Кирилла.