Свекровь набрала меня во вторник под вечер и даже для приличия не спросила, есть ли у меня планы на ближайшую субботу и воскресенье.
— В субботу к девяти утра будешь у меня на даче, займёшься генеральной уборкой, я уже всё решила, — тоном, не допускающим возражений, сообщила Наталья Сергеевна. — После зимы дом нужно вымыть сверху донизу, веранду привести в порядок, теплицу подготовить. Через неделю туда приезжает Кирилл с семьёй.
Я в этот момент стояла у плиты и помешивала суп. От её слов рука сама замерла над кастрюлей. Сначала мне даже показалось, что я неправильно расслышала: устала после работы, вот и мерещится всякая нелепица.
Кирилл — младший брат моего мужа Андрея. Месяц назад Наталья Сергеевна торжественно объявила всей родне, что передаёт ему семейную дачу: участок в десять соток, крепкую баню, сарай, теплицу и прочие постройки. Сказано это было громко, уверенно и при всех, словно она подписывала исторический документ.
Тогда свекровь почти прослезилась и объяснила, что Кириллу загородный дом сейчас нужнее, чем кому-либо. У него, мол, двое детей растут, им нужен воздух, простор, лето за городом. А наша с Андреем дочь уже взрослая, образование получила, устроилась, живёт отдельно и в семейном гнезде давно не нуждается.
Ни я, ни Андрей на эту дачу, честно говоря, никогда не претендовали. Мы не строили планов, не спорили о наследстве и не делили заранее грядки с баней. Только во всей этой умилительной картине имелась одна маленькая, но весьма существенная деталь: последние пятнадцать лет каждый сезон эту дачу к жизни после зимы возвращала именно я.
Мне пятьдесят три, Андрею пятьдесят пять. Мы живём в Сумах, почти тридцать лет официально женаты, вырастили дочь и давно привыкли справляться сами, без лишних просьб и надежд на чью-то помощь. Зато Наталья Сергеевна за эти годы прочно усвоила: Ирина — человек надёжный, удобный и всегда доступный. Ей можно позвонить в любой момент и повесить на неё любую бытовую проблему.
Нужно срочно отвезти на дачу ящики с рассадой помидоров? Конечно, надо звонить Ирине, она же не откажет.
Закончились важные таблетки для сердца? Ирина после работы сделает крюк, заедет в аптеку и привезёт.
Весной пора отмывать старые двойные рамы? У Ирины руки откуда надо растут, за пару часов управится.
Назначили мастера по газовому котлу? Ирина отпросится с работы, приедет к обеду, встретит специалиста и проследит, чтобы всё сделали как положено.
Когда-то, в молодости, я действительно помогала Наталье Сергеевне охотно. Мне казалось нормальным поддержать пожилого человека, облегчить ей хлопоты, приехать, помыть, отвезти, встретить, купить. Я делала это без расчёта, по-доброму. Но годы шли, и незаметно для всех моя добровольная помощь превратилась в обязанность, будто мне выдали пожизненное назначение на должность семейной прислуги.
Если я соглашалась, это воспринималось как само собой разумеющееся. Никакого особого «спасибо», никакой благодарности — просто очередной пункт выполнен. А стоило мне хоть раз осторожно сказать, что я устала или не могу, свекровь так искренне возмущалась, будто я нарушила тайный договор, подписанный кровью много лет назад и хранившийся у неё в серванте между документами на дачу.
Больше всего дел всегда находилось именно за городом. Каждую весну мы с Андреем приезжали туда первыми, когда дом ещё пах сыростью, пылью и холодными стенами. Сезон для нас начинался не с шашлыков и прогулок, а с вёдер, тряпок, щёток и моющих средств.
Я вымывала комнаты после зимы, снимала и перестирывала занавески, перемывала посуду, которая месяцами пылилась в шкафах, оттирала холодильник, наводила блеск на кухне и драила веранду, где руки коченели от холода. Андрей тем временем возился на участке: чистил канавки для воды, поправлял покосившиеся ступеньки, чинил калитку, подбивал доски, проверял крышу и приводил в порядок всё, что за зиму успевало развалиться, перекоситься или заржаветь.
Кирилл обычно появлялся значительно позже, ближе к началу мая, когда основная грязная работа уже была сделана. Его роль сводилась к эффектному приезду из города с пакетом маринованного мяса и бодрым заявлением: «Ну что, отдыхаем?» Мангал к тому моменту уже стоял на месте, двор был прибран, дорожки расчищены, дом проветрен, а посуда блестела.
На любые вопросы о том, почему он не приехал раньше и не помог, у Кирилла всегда находился солидный набор уважительных причин. То на работе срочный завал, то дети приболели или капризничают, то машина неожиданно оказалась в сервисе, то ещё какая-нибудь непреодолимая беда случилась ровно в день уборки.
Один раз он приехал как раз тогда, когда Андрей, потный и уставший, докрашивал длинный деревянный забор. Кирилл вышел из машины, осмотрел свежую краску и весело спросил, почему мы выбрали такой унылый коричневый цвет. Я тогда едва удержалась, чтобы не сунуть дорогому деверю кисть в одну руку, банку краски — в другую и не предложить ему самому добавить жизни этому «унылому» забору.
Но Наталья Сергеевна всегда вставала на защиту младшего сына с такой решимостью, будто речь шла о национальном достоянии. В её представлении Кирилл был ужасно занятым, важным, незаменимым человеком. А мы с Андреем, судя по всему, жили исключительно для того, чтобы тратить свои выходные на чужие хозяйственные заботы и радоваться такой возможности.
Поэтому, когда свекровь торжественно объявила, что дача полностью переходит Кириллу, я почувствовала почти физическое облегчение. Раз имущество теперь его, значит, и весенняя каторга вместе с ним переходит по назначению. Наконец-то я смогу провести апрельскую субботу дома, выспаться, спокойно сварить обед, заняться своими делами и не ехать за город отмывать чужие углы.
Как же сильно я тогда заблуждалась.
— Наталья Сергеевна, объясните мне, пожалуйста, почему чужую дачу должна приводить в порядок именно я? — спросила я как можно ровнее, хотя внутри уже поднималось раздражение.
В трубке раздался её снисходительный смешок.
— Ириночка, ну что ты такое говоришь? Ты же взрослая женщина, должна понимать. Ты всегда этим занималась, каждый год. Ты знаешь, где что лежит, какие окна заедают, какие полки надо разобрать, что в теплице проверить. Кирилл приедет туда уже отдыхать, а не начинать сезон с уборки и хозяйственной возни.