Дымок от мангала начал тянуться по участку ещё утром. Ольга специально разожгла огонь заранее: хотела, чтобы поленья успели как следует прогореть, а к обеду угли держали ровный, сильный жар. Дмитрий стоял возле забора и смотрел на жену с тем самым лицом, с каким человек понимает: всё уже пошло куда-то не туда, но вмешиваться поздно.
— Картошку вымоешь? — бросила она, даже не повернув головы.
— Оль…
— Я про картошку спросила.
Он молча подхватил ведро и направился к колодцу. В такие минуты спорить с Ольгой было так же бессмысленно, как пытаться уговорить дождь не начинаться.
Гости заявились примерно к двум. Сергей на своём внедорожнике заехал прямо на траву перед домиком, хотя место для машины было подготовлено сбоку, у ворот. Первым из салона выбрался он сам — широкий, шумный, с улыбкой человека, который искренне уверен, что ему рады в любом доме. Следом вышла его жена Наталья, прижимая к себе бумажный пакет, в котором легко угадывалась бутылка. За ними появились ещё двое: какой-то знакомый Сергея и его девушка. Ольга видела их всего второй раз.
— Дмитрий! — Сергей распахнул объятия и бодро двинулся к брату. — Ну что, мясцо уже на подходе? Запах — песня!
Дмитрий обнял брата, но тут же украдкой посмотрел на жену. Ольга стояла возле мангала, держа длинную вилку, и встречала гостей с совершенно невозмутимым видом. Даже чересчур невозмутимым.
— Проходите, — ровно сказала она. — Располагайтесь.
Стол уже ждал гостей. Клетчатая скатерть, аккуратно расставленные тарелки, вилки — всё выглядело так, будто хозяйка действительно готовилась к приёму. Сергей подошёл к столу с выражением почти именинника, но через секунду замер.
На столе стояли только большая миска отварной картошки, тарелка с картофельными котлетами, украшенными луковыми кольцами, солонка и кувшин воды.
— Э-э… — протянул он, не сразу найдя слова.
— Угощайтесь картошечкой, дорогие гости, раз уж сами ничего к столу не привезли, — произнесла Ольга тоном радушной хозяйки, без малейшего раздражения в голосе, и первой спокойно взяла котлету.
Наступила такая тишина, что стало слышно, как за забором ветер перебирает листву на деревьях.
А началось всё три года назад, когда Ольга впервые всерьёз заговорила о собственной даче.
После бабушки Дмитрию досталась половина маленького домика в садовом товариществе, километрах в семидесяти от города. Место было красивое, спору нет, но дорога туда превращалась в испытание: сначала электричка, потом автобус, а в конце ещё пешком через поле. Само товарищество было старым, из тех, что когда-то казались мечтой для горожан, а теперь постепенно осыпались и ветшали. Соседи появлялись редко. Вода шла из ржавой трубы, туалет стоял во дворе, электричество могло пропасть на несколько дней.
— Надо продавать, — сказала однажды вечером Ольга, когда они вернулись оттуда, и она оттирала с кроссовок налипшую садовую грязь. — А потом купить нормальное место.
— Нормальное — это какое? — насторожился Дмитрий.
— Недалеко от города. С домом, где можно жить, а не терпеть бытовой квест каждую поездку.
Дмитрий сразу начал возражать. Дача от бабушки — всё-таки память. Денег на новую неизвестно где взять. Кредит — кабала. Может, лучше просто привести в порядок то, что уже есть?
Ольга не стала давить. Она умела ждать. И ждала почти полгода, пока Дмитрий сам не устал от вечных неудобств. Однажды он вернулся с работы и, словно признавая поражение, сообщил, что в получасе езды от них продаётся участок с домиком.
— Я уже съездил, посмотрел, — сказал он немного смущённо.
— Ну и?
— Дом небольшой. Зато крепкий. Земли около десяти соток, старые яблони, колодец рабочий.
— Значит, поедем смотреть вместе, — сразу решила Ольга.
Старую бабушкину дачу они продали, добавили свои накопления, оформили кредит и в конце апреля получили ключи.
Теперь это был их участок. Их домик с покрашенными наличниками. Их яблони, уже покрытые цветом. В первый день Ольга три раза обошла всю территорию — просто молча, без особой цели, привыкая к мысли, что всё это действительно существует и принадлежит им.
Когда они после первого осмотра ехали домой, Ольга вдруг сказала:
— Дмитрий, давай пока никому не будем рассказывать.
— Почему?
— Хочу, чтобы это место сначала стало нашим. Чтобы мы сами тут освоились. А потом уже посмотрим.
Он согласился.
И в тот же вечер позвонил Сергею.
Правда открылась Ольге лишь спустя неделю.