Оксана протирала кухонный стол, когда в прихожей щёлкнул замок. Ровно шесть — Тарас, как обычно, пришёл без опоздания. Она машинально взглянула на плиту: борщ тихо булькал на минимальном огне, в духовке доходила картошка.
Шёл третий год их семейной жизни. Маленькая однокомнатная квартира на Ботанической, взятая в ипотеку на двоих. Оксана работала бухгалтером в торговой фирме, получала семьдесят тысяч. Тарас трудился инженером на заводе — восемьдесят пять. Ежемесячно тридцать две тысячи уходили на кредит, ещё восемь — на коммунальные. Жили без излишеств, зато старались не влезать в долги.
Тарас сбросил куртку, зашёл на кухню и коротко поцеловал жену.
— Что сегодня приготовила?
— Борщ. Решила попробовать другой рецепт.
Оксана разлила суп по тарелкам и села напротив, ожидая реакции. Муж зачерпнул ложкой, попробовал, немного помедлил и едва заметно поморщился.
— Редковатый.
Пальцы Оксаны непроизвольно сжались на ручке ложки.
— Правда? Мне показалось, что нормально вышло.
— Нет, — покачал головой Тарас. — У мамы гуще. Там ложка почти стоит. Вот это настоящий борщ.
Оксана без слов поднялась, отнесла свою тарелку к раковине. Аппетит исчез. Она отвернулась к окну, делая вид, что рассматривает двор. В груди неприятно сжалось, будто что‑то тяжёлое застряло под рёбрами.
Тарас тем временем доел и отодвинул тарелку.
— В общем, пойдёт. Спасибо.
«Пойдёт», — беззвучно повторила она, чувствуя, как щёки наливаются жаром.
Через неделю ожидались гости: сестра Тараса Олена с мужем, его мама Светлана Георгиевна и двоюродный брат Денис. Оксана решила испечь капустный пирог. Тесто вымешивала трижды, добиваясь идеальной мягкости. Капусту тушила с луком и морковью, добавляла специи, пробовала начинку на вкус.
Пирог исчез со стола за считанные минуты. Светлана Георгиевна одобрила начинку, Денис попросил записать рецепт. Оксана уже начала расслабляться, когда Тарас произнёс:
— Очень даже вкусно. Хотя у Олены тесто всё-таки воздушнее. Помнишь, мама, на Пасху? Вот там было объедение.
Олена смущённо улыбнулась.
— Да перестань, Тарас. У Оксаны замечательный пирог.
Но Оксана уже не вслушивалась. Лицо пылало. Она поднялась и стала собирать посуду.
— Извините, я на минутку, — тихо сказала она и скрылась на кухне.
Под холодной водой держала запястья, стараясь унять раздражение. Почему обязательно при всех? Разве нельзя обсудить наедине?
Когда гости разошлись, Тарас заметил:
— Ты не принимай близко к сердцу. Я ведь не хотел обидеть.
Она лишь кивнула. Конечно, не хотел. Всё прекрасно.
В выходные Оксана засела за кулинарные сайты. Завела отдельную тетрадь, аккуратно переписывала рецепты. Котлеты по‑киевски, утка с яблоками, медовик по ГОСТу. Смотрела ролики, останавливала кадры, записывала точные пропорции.
Пока Тарас в гостиной смотрел футбол, она экспериментировала на кухне: меняла количество специй, пробовала разные способы жарки. Если мужу нужно «как у мамы» — она научится. Докажет, что способна готовить не хуже.
В понедельник Оксана накрыла стол заранее. Греческий салат, домашние котлеты, воздушное картофельное пюре. Всё выглядело аккуратно и празднично.
Тарас вошёл, увидел сервировку и удивлённо присвистнул.
— Ничего себе. Повод какой?
— Без повода, — она улыбнулась. — Попробуй.
Он откусил котлету, медленно прожевал. Оксана не сводила с него глаз.
— И как?
— Неплохо, — кивнул он. — Только мама кладёт больше лука. Тогда сочнее выходит. А эти чуть суховаты.
Улыбка застыла и медленно исчезла с её лица. Внутри поднималась тяжёлая волна раздражения и усталости.
— Ясно, — тихо произнесла она.
Ужин прошёл в молчании с её стороны. Тарас рассказывал о работе, о новом проекте, а Оксана механически кивала, почти не вникая.
Поздним вечером она всё же не выдержала и позвонила подруге Анне, понимая, что дальше держать это в себе уже невозможно.
