Та самая Оксана? Его первая любовь из школьных лет? Марина даже не сразу поверила собственным глазам.
Пальцы предательски задрожали. Она провела по экрану и открыла переписку. Пароля не оказалось — Дмитрий, похоже, и не думал ничего прятать. Наверное, был слишком уверен: его «правильная», удобная жена никогда не переступит невидимую границу и не полезет туда, куда ей не позволено.
Марина стала читать. С каждой новой строкой внутри будто проваливалась земля. Сердце болезненно сжалось, ладони стали ледяными. Это не было случайной слабостью или мимолетным увлечением. Перед ней раскрывалась чужая жизнь — их тайная связь, тянувшаяся не одну неделю. Возможно, месяцы. А может, и годы.
«Мой опять весь день испортил. Сил уже нет это терпеть. Жду, когда мы наконец всё уладим и будем вместе жить», — писала Оксана. Из переписки Марина поняла: та тоже была несвободна.
Ответ Дмитрия, отправленный всего час назад, ударил сильнее пощечины:
«Потерпи, моя хорошая. Я тоже уже дни считаю. Осталось разобраться с дачей и дождаться, пока Виктория сдаст сессию, чтобы не трепать ей нервы. Потом я подаю на развод. Я без тебя больше не могу».
Марина медленно опустилась на стул. Воздуха стало не хватать, будто кто-то сжал ей грудь. Значит, всё уже решено. Пока она старалась готовить ему любимое, искала подходящий момент для разговора, пыталась понять, где между ними появилась трещина, он спокойно просчитывал раздел имущества и ждал удобного случая, чтобы уйти к той самой женщине, с которой предал её еще двадцать лет назад.
В ванной стихла вода. Через несколько секунд щёлкнул замок, и на кухне появился Дмитрий. Он вытирал мокрые волосы полотенцем, но, увидев Марину над своим светящимся телефоном, сразу замер.
Ему не понадобились объяснения. Всё стало ясно без слов.
Между ними повисла тяжёлая, липкая тишина.
— И что? Даже сочинять ничего не станешь? — спросила Марина почти шёпотом. От этого спокойствия голос звучал страшнее крика. — Про командировку расскажешь? Или снова скажешь, что тебя бес попутал?
Дмитрий швырнул полотенце на стиральную машинку. Его лицо в одну секунду стало каменным, незнакомым. Оправдываться он не собирался. Как всегда, выбрал нападение.
— А зачем мне оправдываться? Ты же уже всё увидела, — резко произнёс он. — Да, мы вместе. И да, мы хотим пожениться.
— Через двадцать лет? — Марина криво усмехнулась, хотя внутри всё разрывалось от боли. — Решил вернуться к школьной любви? А я тогда кто была? Временный вариант на случай, если не получится?
— Ты сама до этого довела! — сорвался Дмитрий. — Мы давно живём как соседи! Ты постоянно недовольна, всё тебе не так, вечно пилишь! Я устал играть роль счастливого мужа!
Следующие десять минут они уже не разговаривали — они бросали друг в друга всё, что годами копилось и не произносилось вслух. На поверхность всплыли холодность, невнимание, усталость и старые обиды юности.