Я как раз собиралась в кино и уже почти накинула пальто. Открыв дверь, я увидела Дмитрия. Только передо мной был вовсе не тот самоуверенный, вылизанный до блеска мужчина в дорогом пальто, который год назад уходил из этой квартиры с видом победителя. Сейчас он больше походил на рекламную листовку, которую забыли под дождём: куртка выглядела несвежей, глаза потускнели, плечи опали, будто из него вынули внутренний металлический каркас.
— Привет, Оль, — произнёс он неуверенно и замер у порога, словно сам не знал, имеет ли право войти. — Можно? Нам… надо поговорить. Это важно.
Я молча отступила в сторону. В квартире стоял запах свежего кофе и цветов, и на фоне этого уютного, спокойного тепла его потрёпанный вид казался почти неуместным, режущим глаз. Дмитрий прошёл на кухню и сел именно на тот стул, с которого год назад так торжественно сообщал мне о своём уходе. Потом шумно выдохнул.
— В общем, ситуация такая… Родители Алины из области решили перебраться в город. Ну ты понимаешь: возраст, врачи, больницы рядом нужны. А с деньгами у них совсем плохо. Алина уже вся на нервах, каждый день слёзы.
Я без слов налила себе воды. Молчание повисло между нами плотное, липкое, как старый засахарившийся мёд.
— И я подумал… — Дмитрий наконец поднял на меня глаза, и в них мелькнуло то самое самодовольное нахальство, которое он всю жизнь называл деловой хваткой. — Мы ведь тут раньше вдвоём жили. Квартира большая. Ты одна в трёх комнатах, тебе же столько пространства ни к чему. Может, мы временно… по-человечески… поселим её родителей в одной комнате? Ты же сможешь как-то оформить их через знакомых, чтобы они вроде как родственники проживали. Алина сказала, что ты женщина разумная, должна войти в положение. Поможешь нам, Оль? Ты ведь всегда семью ценила.
Я чуть не подавилась водой. Масштаб его бесстыдства был таким внушительным, что его впору было заносить отдельной главой в пособие по клинической наглости.
— Подожди, Дмитрий, — я аккуратно поставила стакан на стол и почувствовала, как внутри просыпается мой профессиональный холодный юрист с очень сухим чувством юмора. — Ты сейчас предлагаешь мне, своей бывшей жене, поселить в моей квартире родителей твоей нынешней женщины? Только потому, что, по-твоему, у меня «лишние» комнаты?
— Да не просто так! — он тут же подался вперёд и замахал руками, будто от скорости жестов его идея должна была стать приличнее. — Я коммунальные буду оплачивать. Ну, какую-то часть. И Алина сможет заходить, помогать тебе по хозяйству. Убраться, окна помыть, ещё что-нибудь. Она молодая, ей это не в тягость. Ты ведь понимаешь.
