Когда Игорь протянул Тамаре Ивановне конверт с путевкой в престижный санаторий на Ворохте, она не вскрикнула от радости.
Медленно развернув листы, она внимательно изучила даты — с 30 декабря по 10 января — и вдруг тяжело вздохнула. — Ох, Игорёк… Как же так? — Прижала ладонь к груди. — Вы же знаете, как у меня со здоровьем в последнее время.
Давление скачет, ноги опухают.
А там горы, разреженный воздух.
Как же мне туда?
— Мам, это лучший медцентр!
Там работают кардиологи мирового уровня! — Игорь заметно растерялся. — Кардиологи — это замечательно, — грустно взглянула Тамара Ивановна на Ольгу. — Но кто же меня там будет сопровождать?
Кто проследит за таблетками?
Я ведь останусь одна… Среди чужих людей, да еще в новогоднюю ночь.
Ольга почувствовала, как внутри все сжалось.
Она уже догадывалась, что последует дальше.
Это была типичная манипуляция, которую психологи называют «двойным посланием»: подарок принят, но сразу же даритель оказывается виноватым в том, что он «недостаточно хорош». — Значит так, — величественно выпрямилась Тамара Ивановна. — Раз уж деньги уплачены и не возвращаются — а я знаю, что такие путевки в декабре невозвратные — придется нам лететь вместе. — Втроем? — переспросил Игорь. — Но у Ольги… — Зачем втроем? — перебила свекровь. — Олечке нужно заботиться о своей маме, да и отец у нее болен.
Зачем ей эти перелеты?
Мы с Игорьком поедем вдвоем.
Сын поддержит мать под локоток, на процедуры сводит.
А Ольга останется дома отдохнуть, в тишине.
Правда, Оль?
Игорь посмотрел на жену.
В его взгляде не было упрека.
Там читалась мольба: «Пожалуйста, не ругайся, согласись, мне так будет легче». — Конечно, — тихо ответила Ольга. — Поезжайте вдвоем.
Вечером того же дня Ольга отправилась к родителям.
Они жили в старой пятиэтажке на окраине.
В коридоре пахло лекарствами и старыми книгами.
Отец, Владимир Сергеевич, сидел в кресле, укутанный пледом.
Правая рука его была словно плетью, но глаза — ясные, умные — смотрели с бесконечной любовью. — Олюта пришла, — прошептал он, пытаясь улыбнуться искривленными губами.
Мать Ольги, Наталья Ивановна, суетилась на кухне.
Она выглядела изнеможенной.
Каждый шаг давался ей с трудом — суставы воспалились, но она ни разу не жаловалась. — Мам, я принесла фрукты и… вот. — Ольга положила на стол пачку денег.
