А твоя задача, как добытчика, — организовать снабжение и обеспечить ресурсы.
Вставай, Игорь.
Мама ждет завтрак.
Я включила верхний свет и не уходила, пока он, ругаясь сквозь зубы, не натянул джинсы.
Вечером того же дня Игорь удобно расположился на диване с джойстиком, наушники на голове.
Я подошла к роутеру и выдернула шнур питания.
Экран телевизора мигнул и выдал ошибку подключения. — Эй!
Интернет пропал! — возмутился муж. — Я его отключила, — спокойно ответила я, сматывая провод. — Мама жалуется на мигрень.
В статье, которую она мне вчера читала, профессор утверждает, что излучение Wi-Fi вредно для сосудов.
И любой шум от телевизора ей мешает.
Врач прописал полный покой. — Марина, ты больная?!
Включи обратно, у меня рейд с ребятами!
Я приоткрыла дверь в спальню свекрови. — Тамара Сергеевна! — громко позвала я. — Игорь считает, что его игра важнее вашей мигрени!
Включить интернет вам?
Из спальни тут же раздался страдальческий стон и жалобы: «Родного сына вырастила на свою голову, в могилу меня свести хочет…» Игорь покраснел, швырнул джойстик на диван и вышел курить на балкон.
В понедельник я перешла к более решительным мерам.
Моя работа остановилась, клиенты начали угрожать штрафами.
В обед на телефон Игоря (наши карты были привязаны к одному счету) пришло уведомление о списании сорока пяти тысяч гривен.
Он перезвонил через минуту. — Марина, что за списание в медтехнике?!
У нас ипотечный платеж через неделю! — Это ортопедический матрас для мамы, — невозмутимо объяснила я, помешивая бульон. — Тот, что был в нашей спальне, слишком мягкий, у нее смещение.
Я обязана контролировать ее здоровье.
Не могла же я допустить, чтобы твоя мама стала инвалидом из-за экономии?
Ты сам говорил — ты приносишь реальные деньги.
Вот я и трачу их на твою семью. — Ты могла бы совещаться со мной?! — Ты был на собрании.
А здоровье мамы не терпит отлагательств.
Кстати, вечером привезут специальное кресло-туалет, еще пятнадцать тысяч.
Приготовь наличные для курьера.
К концу второй недели Игорь выглядел словно тень.
Диван, на котором мы спали, скрипел и пружинами впивался в спину.
Без интернета по вечерам он не мог расслабиться, а я каждую попытку включить телевизор пресекала ради «здоровья мамы».
Финансы стремительно таяли: я заказывала свекрови самые дорогие лекарства и фермерские продукты, ссылаясь на ее жалобы.
Тамара Сергеевна, лишенная возможности пилить меня (ведь я с улыбкой соглашалась на любой ее бред), переключилась на сына.
Теперь она жаловалась ему: на жесткий матрас, на громкое дыхание, на низкий доход и неспособность нанять профессиональную сиделку.
Развязка наступила в четверг вечером.
