Мужчина трудится без передышки, ему просто необходимо отдохнуть душой на реке.
А ты собираешься тратить свои премии на какие-то женские безделушки?
Тамара внимательно смотрела на женщину, которая сидела за её столом в квартире, за которую они с мужем платили ипотеку поровну.
В их браке всегда невидимо находился третий человек.
Алексей рассказывал матери любые мелочи: от того, что они ели на ужин, до размера новогодних премий Тамары. — Леша сам может заработать на свою лодку, — голос Тамары звучал тихо, и именно этот контраст с разгорячённой свекровью придавал словам особую решительность. — А свои заработанные деньги я распоряжусь так, как считаю нужным.
И обсуждать это буду исключительно с мужем.
Без посредников. — Ах, без посредников?! — Нина Петровна резко ударила ладонью по столу.
Чашка подпрыгнула, пролив тёмный чай на белоснежную скатерть. — Семья — это единый котёл!
Когда всё идёт в дом, для семьи, для мужа!
Эгоистка!
Ты думаешь только о себе, высасываешь силы из моего сына!
В дверях кухни появился Алексей.
Совершенно взъерошенный, в растянутой серой майке и домашних тренировочных штанах с дырками на коленях.
Он растерянно переводил взгляд с жены на мать.
В свои тридцать пять он выглядел словно провинившийся подросток, которого поймали курящим. — Девочки, что вы шумите? — пробормотал Алексей, переступая с ноги на ногу. — Мам, ну прекрати.
Тамар… Давайте не будем ссориться.
Он попытался мягко улыбнуться, стараясь сохранить мир и не делать выбор в пользу одной из сторон.
Встать на сторону жены он опасался — мать потом съест его взглядом.
Отругать мать — тем более не хватало смелости. — А ты вообще заткнись! — рявкнула Нина Петровна на сына, мгновенно поставив его на место.
Алексей покорно опустил голову.
Почувствовав полную власть и безнаказанность, свекровь внезапно вскочила со стула.
Стул с грохотом скатился по линолеуму.
Вся показная интеллигентность испарилась без следа.
