Рекламу можно отключить С подпиской Дзен Про она исчезнет из статей, видео и новостей — Владимир, ты что, оглох?
Мы уже десять минут мерзнем у ворот! — пронзительный голос Ирины звучал так, будто пробивался сквозь двойные стекла.
Сергей глубоко вздохнул, аккуратно опуская шампур на мангал.
Угли только начали покрываться благородным серым пеплом — оптимальное время для жарки.
Тишина морозного второго января, которую он так ценил, была мгновенно разрушена. — Кто там? — спросила Ольга, выглядывая на крыльцо и закутываясь в пуховый платок.
В её обычно спокойных и светлых глазах мелькнул страх.
Она была из тех женщин, кого называют «удобными» — тихая, всегда готовая помочь, привыкшая угождать.
Именно эта черта вызывала раздражение у его сестры. — Ирина.
С Валерой и своей свекровью, — пробормотал Сергей, стряхивая снег с рукава. — Без предупреждения, словно снег на голову.
Калитка распахнулась, и во двор ворвалась шумная компания.
Впереди, словно ледокол, шагала Ирина — в новой шубе, явно купленной в кредит, с ярко накрашенными губами, искривленными в недовольной усмешке.
За ней плелся Виталий — тридцатилетний «мальчик» с постоянно обиженным выражением, ведущий за руку упрямого сына.
Замыкала шествие Тамара Сергеевна, свекровь Ирины, грузная и непреклонная, как советский танк. — Ну наконец-то! — Ирина даже не поприветствовала, сразу направляясь мимо брата в дом. — У нас в машине печка сломалась, замерзли до костей.
Ольга!
Чего стоишь?
Быстрее накрывай, мы с дороги!
В помещении сразу стало душно и тесно.
Сергей вошёл следом, пытаясь удержать праздничное настроение.
На кухонном столе еще оставался недопитый чай и остатки утреннего пирога.
Ольга забегалась, доставая тарелки, но её руки невольно дрожали. — Ой, зачем ты так медлишь, как сонная муха? — сразу же начала нападать Ирина, плюхаясь на диван, не снимая обуви. — Виталий голодный, мама устала.
У вас что, с Нового года ничего не осталось? — Салаты есть, холодец… — тихо ответила Ольга. — Я сейчас подогрею картошку. — Картошку… — фыркнула Тамара Сергеевна, оценивающе оглядывая кухню. — У хорошей хозяйки стол должен ломиться, даже если гости незваные.
А у тебя, Олечка, всё как в аптеке — чисто, но пусто.
Ты скучная женщина.
Сергей сжал кулаки.
Он заметил, как Ольга сжалась.
Она выросла в детдоме, и любое замечание от «старших» или «родных» воспринимала как приговор своей никчемности.
Всю жизнь она старалась заслужить любовь, быть полезной и незаметной.
Вот и теперь, проглатывая обиду, она поспешила к холодильнику. — Мясо будет через двадцать минут, — громко заявил Сергей, вставая между женой и гостями. — Терпение, пожалуйста. — Двадцать минут!
Мы же желудки испортим в ожидании, — капризно протянул Виталий, утыкаясь в телефон.
