Так Юлия, не называя всё напрямую, попыталась донести до Дмитрия простую мысль: иногда человеку действительно нужно пойти навстречу, а не упираться из принципа. Но Дмитрий лишь сделал вид, будто не уловил намёка.
Примерно через четверть часа впереди появилась следующая заправка.
— Дмитрий, сверни туда, — уже без просьбы, спокойно, но жёстко сказала Юлия.
— Если съедем сейчас, потом застрянем в пробке, — тут же возразил муж Натальи.
— Мы и так в неё попадём, — отрезала Юлия. — Только если ты сейчас не остановишься, потом будешь ещё и салон в химчистку сдавать.
На заправке Наталья наконец смогла выйти из машины. Она купила бутылку воды, а заодно взяла таблетки от головной боли.
Когда они остались на пару минут вдвоём, Юлия тихо сказала:
— Знаешь, по-моему, ты права. Вам действительно лучше развестись. Вы друг друга вообще не слышите.
Наталья тогда только кивнула. Спорить ей уже не хотелось.
Она была уверена, что всё предусмотрела заранее. Нашла комнату, сняла её на первое время, отвезла туда чемодан с самым необходимым. План был простой: съездить в командировку, вернуться — и уже не возвращаться в квартиру к Дмитрию.
— Но почему уходить должна именно ты? — не раз спрашивала Юлия. — Квартира же общая. И, насколько я помню, ты вложила туда даже больше.
— Потому что он прямо сказал: сам никуда не уйдёт, — отвечала Наталья. — А мне рядом с ним страшно. Иногда он становится таким злым, будто это вообще другой человек. Что до денег — пусть решает суд. Все документы у меня есть, платежи проходили через банк. С квартирой разберёмся отдельно.
После перелёта Наталья села в такси, которое для неё заказала компания. До снятой комнаты она так и не добралась. Последнее, что успела увидеть перед тем, как зажмуриться, — автомобиль, внезапно вылетевший прямо перед ними и несущийся навстречу.
Когда Наталья открыла глаза уже в больнице, всё вокруг казалось чужим: белый потолок, запах лекарств, приглушённые голоса за дверью. Позже к ней пришла Юлия. Она села рядом с кроватью и долго молчала, разглядывая подругу.
— Значит, в целом всё не так ужасно? — осторожно спросила она.
— Можно сказать и так, — Наталья попыталась улыбнуться. — Несколько переломов. Неприятно, конечно, но переживу.
Она замолчала, отвернулась к окну, а потом добавила почти шёпотом:
— Только выяснилось ещё кое-что. Я была беременна. Но беременность замерла.
Юлия растерялась. Она явно не ожидала услышать такое.
— Наташ… Ты серьёзно? — выдохнула она. — А Дмитрию ты звонила?
— Да. Он уже приходил.
— И ты ему сказала?
— Нет, — спокойно ответила Наталья. — Зачем? Всё закончилось, толком даже не начавшись.
Юлия помолчала, затем всё-таки спросила:
— А он как себя вёл? Ну… что говорил?
— Извинялся.
— Извинялся? — переспросила Юлия, будто не сразу поверила.
— Да. Рассказал странную историю. Недавно взял в парке электросамокат, решил прокатиться. Упал, ударился, попал в травмпункт. Там сделали снимок головы и обнаружили опухоль. Скоро будут оперировать. Он говорит, что, возможно, из-за неё и стал таким: раздражительным, злым, непредсказуемым. И что пока всё это может продолжаться.
Юлия посмотрела на неё внимательно.
— И что теперь? Ты вернёшься к нему?
Наталья медленно покачала головой.
— Нет. Я всё равно буду подавать на развод. Хочу начать жизнь заново.
— А Дмитрий? — тихо спросила Юлия.
Наталья впервые за всё время по-настоящему улыбнулась.
— Не волнуйся. Валерия за ним присмотрит.