Марина шла домой в приподнятом настроении. На работе наконец закрыли годовой отчёт, руководитель остался доволен, похвалил её при всех и даже осторожно дал понять, что премия вполне возможна.
Осень только вступала в свои права, но день ещё хранил летнее тепло. Солнце мягко пригревало, а возле рынка, мимо которого Марина проходила почти каждый вечер, тянуло свежими яблоками.
Этот путь ей нравился: от метро до квартиры Андрея, где они прожили последние три года. В мыслях она по-прежнему называла её «домом Андрея», хотя после свадьбы это жильё считалось их общим семейным пространством.
У самой Марины оставалась двухкомнатная квартира в обычном спальном районе. Перед свадьбой она не стала её продавать, решив поступить разумнее — сдавать и иметь собственную финансовую опору.
Открыв дверь своим ключом, Марина сняла туфли в прихожей и уже собиралась позвать: «Андрей, я пришла!», но вдруг замерла. Её внимание привлёк журнальный столик в гостиной.
На блестящей полированной поверхности аккуратно лежали документы. Несколько белых листов, зелёный логотип Сбера. Марина почувствовала, как внутри всё похолодело.
Она подошла ближе почти бесшумно, задержав дыхание. Кредитный договор. Сумма — семьсот пятьдесят тысяч рублей. Срок выплаты — три года. Заёмщик — Андрей Дмитриевич Королёв. Внизу последней страницы стояла его подпись.
Марина медленно распрямилась и выдохнула. За одну секунду в памяти пронеслись события последних двух недель — с того самого вечера, когда свекровь, Наталья Ивановна, без предупреждения появилась у них, словно налетевшая буря.
Тогда она пришла, как обычно, не позвонив заранее. Марина только вернулась с работы, а Андрей ещё задерживался. Наталья Ивановна уже устроилась на кухне, спокойно пила чай и ждала сына.
Едва Андрей переступил порог, мать тут же начала разговор, ради которого и явилась.
— Сынок, Максиму надо помочь, — произнесла она ровно, без крика, но с привычной уверенностью. — Он нашёл инвестора, осталось только закрыть прежние долги. Сумма небольшая, всего семьсот тысяч. Ты же понимаешь, он тебе не чужой, родная кровь.
Андрей промолчал. В первые минуты подобных разговоров он всегда уходил в молчание, будто надеялся, что мать сама остановится, передумает и уйдёт. Но Наталья Ивановна никогда не отступала первой.
— Наталья Ивановна, — спокойно вмешалась Марина, тщательно выговаривая каждое слово. — У Максима за пять лет было уже семь разных бизнесов. Он брался то за грибную ферму, то за криптовалюту. И каждый раз всё заканчивалось одинаково: он терял деньги, потому что даже не пытался разобраться в деле. Каждый раз вы его спасали. Но сейчас вы просите не свои средства. Вы просите наши.
— Я не с тобой разговариваю, — свекровь даже не повернулась к Марине. Её взгляд был прикован к сыну. — Андрей, ты мужчина или как? Или жена тебя за юбку держит?
Андрей густо покраснел. В первые месяцы их брака он бы уже уступил. Но за три года Марина постепенно научила его не ломаться под давлением и отстаивать собственное решение.