— Коттедж в Рыбаковке я оформлю на Тамару.
Ей это нужнее, — произнесла Наталья Ивановна, медленно размешивая сахар в чашке с таким важным видом, словно только что заключила договор о мире с соседней галактикой.
Я бережно положила серебряную ложечку на блюдце.
Звук металла о фарфор прозвучал удивительно тихо. — Ладно, — ответила я.
Мама, которая уже собралась начать привычную длинную речь о том, как я должна понять её позицию, внезапно подавилась воздухом.
Моя младшая сестра Ольга, сидевшая напротив, даже перестала жевать эклер.
Ольга обычно редко прекращала жевать, особенно если речь шла о бесплатных лакомствах.
В свои тридцать два года она обладала внушительной фигурой, почти купеческой, весила около девяноста килограммов, носила шелковые халаты даже днем и искренне считала себя непризнанным талантом в области эзотерики и дизайна ногтей. — Что значит «ладно»? — подозрительно прищурилась мама, Ирина Викторовна. — Ладно, переписывай, — я сделала глоток чая. — Но у меня один вопрос.
Ольга царственно поправила выбившуюся прядь, стряхнула сахарную пудру с огромной груди и снисходительно усмехнулась: — Алена, давай без твоих капиталистических замашек.
Ты у нас бизнесвумен, у тебя муж Дмитрий хорошо зарабатывает, дочка учится в частной школе.
А я, между прочим, жертва обстоятельств.
Этот коттедж в Рыбаковке мне просто по карме предназначен для восстановления внутреннего баланса.
Немного отступлю. «Коттедж в Рыбаковке», о котором идет речь, — это добротный двухэтажный дом в лесу недалеко от Коблево.
По документам он действительно принадлежит маме.
Но фундамент заливался на мои декретные, крышу строил мой муж Алексей со своей бригадой, а немецкий котел и септик оплачивала я лично, взяв кредит пять лет назад, когда мама жаловалась, что на даче холодно и неудобно. — По карме — так по карме, — я улыбнулась с миром. — Но мой вопрос скорее практический.
На какие средства, Тамарочка, ты собираешься содержать свой кармический ресурс?
Ольга закатила глаза.
Это был её фирменный жест превосходства возвышенной натуры над обыденностью. — Ой, да какие там деньги! — махнула сестра с видом эксперта по инвестициям. — Коттедж в Рыбаковке стоит себе, не двигается.
Воздух ведь бесплатный.
Буду жить, писать картины, может, сдавать мансарду приличным людям.
Пассивный доход, Алена.
Ты, с твоим бухгалтерским мышлением, просто не поймешь.
Я достала из сумочки блокнот. — Пассивный доход — это замечательно.
