Холод пробежал по коже. Моя мать никогда не рассказывала о своих сестрах или тетях. Мы всегда были «маленькой семьей».
Я поехала к маме в её уютную квартиру в Чернигове. Она как раз возилась с рассадой на балконе. Когда я показала ей фото и записку, она побледнела так, что мне пришлось подхватить её под руку.
— Откуда это у тебя? — прошептала она. — Кто тебе это прислал?
— Мужчина, с которым я познакомилась в Киеве. Мам, кто эта женщина?
Мать долго молчала, глядя на Десну, текущую вдали.
— Это твоя тетя, Мария. Моя старшая сестра. Она была… как ты. Сильная, независимая. В конце семидесятых она встретила человека. Его звали Виктор. Он был из влиятельной семьи, из «партийной элиты». Он тоже составил список. Он хотел превратить её в свою тень.
— И что случилось?
— Она отказалась. Посмеялась над ним так же, как ты над своим Анатолием. А через неделю её нашли… — мама запнулась, — официально это был несчастный случай. Она упала с крыши недостроенного дома, который проектировал его отец. Но мы знали. Мы все знали. Тот род… они не умеют проигрывать. Они считают женщин своей собственностью.
Я почувствовала, как страх сменяется яростью.
— Анатолий — его сын? Или внук?
— Я не знаю, Лена. Но если он нашел тебя через столько лет, значит, это не просто свидание. Это охота.
Ловушка на По Подоле
Я вернулась в Киев в состоянии странного оцепенения. Теперь я видела Анатолия везде. Тень в арке дома, похожий силуэт в метро, машина, которая слишком долго ехала за моим такси.
Через три дня мне позвонили с работы.
— Елена Николаевна, тут пришел господин по поводу тендера. Говорит, у него важные документы, которые вы просили. Он ждет в кафе «Старый Подол».
Я знала, что идти — безумие. Но я не могла жить в страхе. Я взяла в сумку перцовый баллончик и поехала.
Кафе было почти пустым. Анатолий сидел за дальним столиком. Перед ним стоял чай и… тот самый список.
— Вы всё-таки пришли, — он улыбнулся, но на этот раз глаза оставались холодными, как лед в проруби. — Прочитали записку? Поняли, что это наследственное?
— Что тебе нужно, Анатолий? — я села напротив, не снимая куртки.
— Я хочу, чтобы ты закончила то, что не доделала Мария. Она разрушила жизнь моему отцу. Он так и не смог её забыть, превратил жизнь моей матери в ад, потому что искал в ней черты той, что над ним посмеялась. Я вырос в тени этой мести. И когда я увидел твое фото на сайте… это было как знак.
Он пододвинул ко мне листок.
— Твой список теперь короче. Всего один пункт: ты признаешь, что я — твой хозяин. Ты уйдешь с работы, перепишешь квартиру на мой фонд и будешь жить так, как я скажу. В искупление грехов твоей семьи.
Я посмотрела на него и поняла: передо мной психически больной человек. Глубоко травмированный мальчик, выросший в теле пятидесятилетнего мужчины.
— Ты болен, Анатолий. Тебе нужна помощь, а не рабыня.
