Есть мужчины, у которых после самого небольшого служебного успеха будто включается опасный внутренний механизм: человек мгновенно заражается ощущением собственной грандиозности и начинает смотреть на окружающих с высоты воображаемого пьедестала.
Мой супруг Дмитрий в обычной жизни был вполне рядовым человеком без особых замашек. Но стоило ему удачно сдать годовой отчет и получить от генерального директора пару сдержанных одобрительных фраз, как он внезапно решил, что теперь занимает едва ли не кресло руководителя крупной международной компании.
Всего за несколько дней Дмитрий совершенно искренне уверил себя, что семья обязана реагировать на любое его слово так, будто перед нами не муж и родственник, а важная персона государственного масштаба. Вот только к его сорок второму дню рождения я подготовила совсем не тот сюрприз, на который он рассчитывал. Этот подарок заставил его недавно приобретенную важность осыпаться мелкой пылью прямо при ошеломленных родных, друзьях и сослуживцах.
Последние недели в нашей житомирской квартире Дмитрий держался так, словно неким секретным распоряжением его назначили главным распорядителем земного шара. На лице у него почти постоянно жила покровительственная полуулыбка, в голосе появились начальственные, капризные интонации, а ухоженные пальцы начинали раздраженно постукивать по кухонной столешнице, если обед задерживался хоть на несколько минут.
— Анастасия, — протянул он накануне торжества лениво и барственно, даже не глядя мне в глаза, а куда-то поверх моей макушки, — мне кажется, воротники на моих деловых рубашках выглядят недостаточно безупречно. При моем нынешнем положении я не могу позволить себе появляться среди руководства в неидеальном виде.
— Непременно донесу твои важнейшие замечания до нашего утюга, дорогой, — спокойно сказала я, продолжая заниматься своими делами. — Но если твой высокий статус так тяжело лег тебе на плечи, можешь немного размяться и погладить рубашки сам. Говорят, монотонная работа прекрасно приводит в порядок расшатанные нервы.
Спорить с взрослым мужчиной, которого внезапно поразила инфекция собственной исключительности, — дело бесполезное, утомительное и совершенно неблагодарное. В подобных обстоятельствах я предпочитаю не тратить силы на нравоучения, а действовать точечно и проверенно. Тем более повод у меня имелся более чем серьезный, справедливый и, как мне казалось, весьма показательный.
Ровно месяцем раньше, в конце января, в нашей семье был мой день рождения. И Дмитрий сумел сделать вид, будто этой даты вообще не существует. Как выяснилось позже, его ненаглядная мамочка, Марина Сергеевна, именно в тот вечер в приказном порядке потребовала отвезти ее через весь город в строительный гипермаркет. Ей срочно понадобилось выбрать новые шторы по скидке, причем немедленно, без всяких отсрочек.
— Дмитрий, — спросила я уже почти в полночь, когда он наконец появился дома с пустыми руками и усталым выражением лица, — а где хотя бы символический букет в честь моего дня рождения? Про подарок, который мы заранее обсуждали, я уже даже не говорю.
— Ой, Настя, только не начинай устраивать драму на ровном месте, — отмахнулся он, тяжело стягивая зимние ботинки в прихожей. — Ты же сама на прошлой неделе сказала между делом, что не хочешь звать подруг и устраивать шумные посиделки. Если праздничного ужина все равно нет, зачем тогда тратиться на цветы и поздравления? К тому же маме действительно требовалась помощь. Она бы одна эти тяжелые карнизы до квартиры точно не донесла.
— Ясно, — тогда я только коротко усмехнулась. — Значит, сам факт моего рождения отменяется автоматически, если я не накрыла тебе роскошный стол с закусками и деликатесами? Великолепная логика. Железная, мужская, непробиваемая.
— Да ладно тебе, не обижайся, — бросил он уже на ходу, направляясь в ванную. — На выходных куда-нибудь выберемся, посидим, отметим как-нибудь.
Разумеется, это туманное «как-нибудь потом» так и осталось висеть в воздухе и в реальность не превратилось. Никаких цветов, ужина, подарка или хотя бы нормального извинения я так и не дождалась. Зато урок был усвоен мной идеально. Если в нашей семье теперь правила можно менять внезапно и в одностороннем порядке, значит, я тоже вполне способна играть по этим обновленным правилам.
Празднование его сорока двух лет, согласно заранее озвученному решению, должно было пройти в домашней обстановке.