Рекламу можно отключить. С подпиской Дзен Про она исчезнет из статей, видео и новостей. Тамара проснулась за минуту до звонка будильника, часы показывали четыре ноль три.
Она лежала в темноте, слушая храп мужа, и размышляла о том, что сегодня их семейной пекарне исполняется семь лет.
Семь лет подряд она рано поднимается, открывает пекарню, замешивает тесто, выпекает хлебобулочные изделия, целый день стоит за прилавком, закрывает кассу, моет полы… Семь лет «их» пекарне, которая на самом деле принадлежит лишь ей.
Алексей перевернулся и что-то пробормотал во сне.
В соседней комнате спал их сын Илья, которому уже было двенадцать, и он давно перестал просыпаться, когда мама уходила на работу.
Раньше, будучи маленьким, он выбегал в коридор, обнимал её ноги и умолял остаться дома.
Теперь он спал до десяти и отвечал на её слова сквозь сон.
Пекарня находилась в пятнадцати минутах ходьбы.
Тамара шла, думая о том, что сегодня приедет телевизионная команда, которая снимет сюжет о семейном бизнесе и о «честном хлебе».
О том, как муж и жена вместе создали дело с нуля.
Алексей уже неделю репетировал перед зеркалом свою речь… Она открыла пекарню, включила свет и надела фартук.
Руки сами начали работать — мука, вода, дрожжи, соль… Все рецепты были ей хорошо знакомы.
Вскоре витрина наполнилась выпечкой.
Золотистые булки, аппетитные пироги, хлеб с хрустящей корочкой… Тамара сварила себе кофе и устроилась за прилавком.
Скоро появились первые покупатели, а затем пришла свекровь, чтобы «помочь».
Она села в угол, начала пить чай и комментировать каждого посетителя.
Потом, около двенадцати, пришел Алексей — выспавшийся и в хорошем настроении.
Он посмотрел выручку, сказал «неплохо» или «могло быть и лучше» и ушёл обедать.
Так происходило каждый день.
Так продолжалось уже семь лет подряд. — Мы команда, — любил повторять Алексей.
И Тамара соглашалась кивком. *** Свекровь появилась к десяти часам.
Она наложила себе чаю, взяла свежеиспечённую булочку, села в угол и, глядя поверх очков, уставилась на Тамару. — Ты явно не выспалась, — сказала свекровь, — у тебя нездоровый вид.
Может, стоит отдохнуть? — С удовольствием, — ответила Тамара, — но кто тогда будет работать? — Ну… наймите кого-нибудь. — Алексей говорит, что справимся сами.
Свекровь фыркнула.
Она всегда фыркала, когда речь заходила о деньгах.
Семь лет назад она вложила в пекарню свои сбережения и с тех пор считала себя главным инвестором, имеющим право голоса во всех вопросах.
Алексей появился к двум часам, как раз когда съемочная группа разгружала оборудование из машины.
Он был в новой рубашке и пах дорогим одеколоном.
Тамара стояла за прилавком с глазами, покрасневшими от недосыпа. — Отлично выглядишь, — сказал Алексей, глядя на своё отражение в витринном стекле. — Илья, иди сюда!
Сын, которого заранее отпустили из школы, закатил глаза и нехотя подошёл. *** Журналистка оказалась молодой и энергичной. — Расскажите о вашем деле, — попросила она Алексея.
И он рассказал о своем детище, о своих уникальных рецептах, о философии «честного хлеба».
О том, как он с нуля построил семейный бизнес.
Он говорил красиво, уверенно, делая паузы в нужных местах. — А супруга? — спросила журналистка, кивая на Тамару. — Она тоже участвует? — Конечно! — широко улыбнулся Алексей. — Моя помощница!
