— Маш, ну хоть раз можно помочь без этих проверок? — раздражённо бросил он.
Мария не стала отправлять настоящую фотографию паспорта. Вместо этого она переслала снимок старой копии, где заранее оставила почти незаметную метку: крошечную точку рядом с номером подразделения. Спустя пару часов пришло сообщение от Алины: «Копия появилась в новой заявке. Теперь есть прямая связка с Дмитрием».
Мария сидела одна на кухне в доме свекрови и долго смотрела на светящийся экран. До этого момента в ней ещё теплилась слабая надежда: может, Дмитрий просто бесхарактерный сын, привыкший слушаться мать и не задавать лишних вопросов. Но теперь всё стало на свои места. Он не просто закрывал глаза. Он участвовал. Пусть и прикрывал это словами про «отель» и какую-то семейную скидку.
Банк кредит не одобрил. Алина вместе с юристом добились, чтобы заявку не просто отклонили, а передали в полицию вместе с материалами о поддельных документах и попытке обойти самозапрет. Галина согласилась дать показания. Светлана Юрьевна подписала объяснение. А потом пришла ещё одна женщина с соседней улицы — сама, без уговоров, после того как от сына Светланы услышала, что «Еленой Викторовной уже занялись».
К возвращению семьи с отдыха Мария готовила не сцену и не громкий скандал, а холодный, выверенный порядок. На кухонном столе лежали три папки: её заявление, материалы из банка и объяснения соседок. В телефоне сохранялась переписка с Дмитрием, где он просил прислать паспорт. В прихожей стояла собранная сумка. Комнату у коллеги на другом конце Харькова Мария уже сняла, а на утро договорилась перевезти коробки с вещами.
Они приехали в воскресенье вечером — загорелые, шумные, с запахом моря, сладостей и чужого веселья. Первой в дом влетела Кристина, в новых солнцезащитных очках и с пакетом лакомств в руке.
— О, наша охранница на месте! — бодро сказала она. — Без нас не тосковала?
— Нет, — спокойно ответила Мария.
Следом вошла Елена Викторовна. Уставшая после дороги, но довольная собой. На её запястье поблёскивал новый браслет, явно не из дешёвых сувениров.
— Машенька, мы тебе полотенце привезли, — сообщила она с покровительственной улыбкой. — Маленькое, правда, но зато из отеля. Там качество совсем другое, не то что здесь.
— Положите на стул, — сказала Мария.
Дмитрий зашёл последним. Он почти сразу заметил папки на столе и сумку у стены в коридоре.
— Ты куда собралась? — насторожился он.
— Собралась, — коротко ответила она.
Елена Викторовна сняла шляпу, бросила её на тумбу и по-хозяйски хлопнула ладонью по своей дорожной сумке.
— Для начала поговорим, — сказала она. — Раз уж наконец все дома.
Они уселись на кухне. Кристина уже успела раскрыть коробку пахлавы, Виктор Павлович молча налил себе воды, а Дмитрий остался стоять возле окна. Елена Викторовна достала из сумки распечатанный договор и придвинула его к Марии.
— Вот. И не надо так смотреть. Мы оформили семейный кредит — на ремонт и чтобы закрыть кое-какие долги. Выплачивать будем все вместе, но документально он идёт на тебя, потому что у тебя официальная работа и хорошая история. Ты же нам не посторонний человек.
— Когда вы ехали к морю, семья была без меня, — заметила Мария. — А кредит вдруг стал общим?
Кристина застыла, не донеся кусочек сладкого до рта.
Елена Викторовна недовольно поджала губы.
— Не цепляйся к словам. Ты живёшь под моей крышей, ешь за нашим столом, пользуешься всем, что есть в доме. Пора бы уже и пользу приносить.
— Я уже принесла, — тихо сказала Мария.
Она раскрыла первую папку и разложила перед свекровью фотографии черновиков.
— Это ваши попытки повторить мою подпись. Это расчёты по доходам Галины. Это справка с несуществующей зарплатой. Это новая заявка, куда Дмитрий отправил копию моего паспорта. А вот объяснение Светланы Юрьевны, на которую вы уже пытались повесить займ, рассказывая про скидку на вывоз мусора.
Елена Викторовна побледнела, но почти сразу взяла себя в руки. Она относилась к тем людям, которые, даже будучи пойманными на месте, первым делом пытаются перекричать остальных.
— Ты копалась в моих вещах?
— В мусоре, — ответила Мария. — Бумаги лежали сверху. Всё остальное предоставил банк.
— Какой ещё банк? Ты совсем с ума сошла? Это наше внутреннее дело!
— Нет, — Мария покачала головой. — Это подделка документов и попытка мошенничества.
Дмитрий оттолкнулся от подоконника.
— Маш, я не знал, что мама собирается подавать заявку. Она сказала, копия нужна для отеля.
Мария взяла телефон и вслух прочитала его сообщение:
— «Просто отправь. Мама говорит, без тебя сумма не проходит». Это тоже для отеля?
Он открыл рот, но так и не нашёл, что сказать. Кристина медленно положила пахлаву обратно в коробку.
Елена Викторовна резко ударила ладонью по столу.
— Да кем ты себя возомнила? Думаешь, своими бумажками нас испугаешь? Я тебя в этот дом пустила. Я вас с Димой кормила. Не нравится — собирай вещи и уходи. Только договор ты подпишешь, потому что из-за тебя теперь всё встанет, а мне людям деньги возвращать надо!
— Каким людям? — спросила Мария.
Свекровь осеклась. Виктор Павлович отвёл взгляд в сторону.
— Поставщику с рынка? — уточнила Мария. — Или тем, у кого вы заняли под проценты? В банке уже знают, куда должна была уйти часть кредита.
На этот раз Елена Викторовна не нашлась с ответом. В кухне стало так тихо, что было слышно, как за стеной щёлкнул старый холодильник.
В дверь постучали. Не позвонили, не дёрнули ручку, а именно постучали — ровно, сухо, официально. Мария поднялась.
— Я попросила участкового подойти к девяти. И сотрудница полиции тоже будет. Сейчас вас никто задерживать не собирается, Елена Викторовна. Сегодня у вас возьмут объяснения и изымут документы. А дальше решение примет следователь.
— Ты позоришь меня перед соседями, — прошипела свекровь.
— Нет, — спокойно сказала Мария. — Вы сами пошли к соседям, когда начали собирать их документы.
На пороге стояли участковый и женщина в форме. За их спинами, возле калитки, виднелась Светлана Юрьевна в серой кофте. Во двор она не заходила, только смотрела из-за забора. Елена Викторовна заметила её и впервые за весь вечер растеряла свой властный вид.