Отец исчез еще раньше, однажды просто не вернувшись домой.
Бабушка, которая взяла Андрея на воспитание, утверждала, что он был человеком с сомнительной репутацией.
Позднее она тоже ушла из жизни, и мальчик оказался в детском доме.
— Что за выдумки? — Андрей отступил на шаг. — Я сидел, — опустив взгляд, признался Игорь. — Долго сидел. Сначала по одной статье, потом по другой. Я сразу начал тебя искать, как только вышел на свободу. Три года искал.
— И чего вы хотите? — спросил Андрей.
Игорь посмотрел на него, и в его глазах вдруг мелькнуло что-то знакомое, что Андрей видел каждое утро в собственном отражении.
— Я хочу все исправить, сынок. Хочу быть рядом.
— Уже слишком поздно, — резко ответил Андрей. — У меня есть настоящая мать.
Он отвернулся и ушел, не оборачиваясь.
Однако Игорь не собирался сдаваться.
Он продолжал появляться, поджидал у подъезда, звонил на работу.
Однажды даже наведался к Тамаре Сергеевне домой.
Вечером Андрей узнал об этом.
Мама позвонила, и ее голос звучал напряженно и непривычно.
— Приезжай, — коротко сказала она.
Зайдя в квартиру, Андрей увидел Тамару Сергеевну, сидевшую за кухонным столом.
Перед ней лежала старая пожелтевшая газетная вырезка.
— Что это? — спросил Андрей.
— Прочитай, — ответила она.
Он взял вырезку.
Заголовок гласил: «Водитель, сбивший ребёнка, скрылся с места происшествия».
Ниже находилась фотография восьмилетнего мальчика с футбольным мячом — Виталия.
— Мама, что происходит? Я не понимаю, — прошептал Андрей.
— Переверни, — попросила она.
На обороте от руки было написано: «Игорь Кравцов, номер машины…»
Андрей почувствовал, как земля уходит из-под ног.
— Это… это он? — спросил он, едва сдерживая потрясение.
Тамара Сергеевна кивнула.
Ее лицо оставалось непроницаемым.
— Я узнала об этом спустя полгода после похорон. Один свидетель запомнил номер, но милиция не предпринимала никаких действий. Дело закрыли, а я нашла его сама. Только к тому времени он уже отбывал срок за другое преступление. Убийство доказать не удалось.
Андрей опустился на стул, у него в голове стоял шум.
— Ты… ты знала об этом, когда забирала меня из детдома? — спросил он.
В ответ последовало молчание.
— Знала или нет?
— Да, — наконец сказала она.
Подняв на него глаза, она не проявила ни капли сожаления.
— Я знала, что ты его сын.
У Андрея перехватило дыхание.
