Всё было действительно вкусно, мама постаралась на славу.
Она автоматически подняла бокал к губам.
Шампанское, которое женщина так тщательно выбирала, оказалось горьковатым на языке. — Да, — тихо произнесла она. — Очень… сытно. — Вот видишь! — с удовлетворением заметил Василий Михайлович, закусывая чебурек с куском селёдки. — А твои крабовые палочки в кунжуте — это просто баловство.
Они над ними три дня трудились, а тут — и нет их.
А моя Валька сделала на века.
Завтра доедим!
Ольга наблюдала, как свекровь с триумфом накладывала Игорю огромную порцию салата, и поморщилась.
Её Новый год был методично, с любовью и лучшими намерениями, вытеснен, залит майонезом и посыпан луком.
Игорь, довольный и сытый, обнял жену за плечи. — Ну что, неплохо повеселились?
Мама — молодец, конечно, заряд на всю ночь дала.
Ольга молча кивнула, глядя, как свекровь, уже касаясь посуды, ворчала, что «вся эта современная посуда скользкая, и она её чуть не разбила».
До четырёх утра Нина Васильевна носилась из кухни в гостиную и обратно.
Она убирала пустые тарелки и приносила новые порции еды. — Я тут выкинула твою индейку… — хитро подмигнув невестке, сказала женщина. — Зачем ей просто так валяться в духовке и дымить?
Верно же?!
Ольга, всё ещё не оправившись от новогодней ночи, испорченной свекрами, кивнула. — Ты какая-то кислая сидишь.
Не заболела? — спросила Нина Васильевна. — Нет, всё в порядке, — с трудом выдавила улыбку Ольга. — Вы всё сделали правильно.
После этих слов свекровь сразу приободрилась и, довольная, села на свой стул.
Ольга смотрела на неё и решила, что больше никогда не станет встречать Новый год со свекрами, даже если они из-за этого обидятся.
Мужу она рассказала об этом лишь на следующее утро.
Игорь сначала хотел возразить, но, увидев хмурое лицо Ольги, решил не начинать спор.
