Наталья тоже не стеснялась – накладывала себе салаты, брала кусочки утки, пробовала котлеты. – Извините, что так получилось, – говорила она между укусами. – Но вы же понимаете, дети голодные.
Им действительно нужно было поесть.
Через двадцать минут стол опустел.
Салаты исчезли.
Утку разломали на части.
Икра, сыры, колбасы, фрукты – всё оказалось съедено незваными гостями.
Тамара сидела с неподвижным выражением лица.
Она готовила этот стол два дня.
Потратила много денег.
Хотела спокойно провести время с мужем.
А получила… Когда часы показали без пятнадцати двенадцать, Наталья встала: – Ну, нам пора.
Спасибо вам огромное!
Вы нас спасли! Мальчишки тоже поднялись.
Младший даже успел схватить пирожное: – А это можно с собой? – Бери, – устало ответила Тамара.
Гости ушли, пожелав «с Новым годом».
Дверь за ними закрылась.
Иван с женой остались стоять на кухне, глядя на опустевший стол.
На тарелках остались лишь крошки.
В салатницах пусто.
Даже виноград съели.
Осталось всего несколько мандаринов. – Ну, ты видел? – тихо спросила Тамара. – Видел, – так же тихо ответил муж. – Они за полчаса съели всё.
Всё, что я готовила два дня. – Тамара… – Даже толком спасибо не сказали.
Ни один из мальчишек.
Хватали, глотали, требовали ещё.
Иван обнял жену. Тамара не плакала.
Она просто стояла и смотрела на пустые тарелки.
Под бой курантов они чокнулись.
Праздник оказался испорчен.
Настроение – тоже.
На следующий день Тамара приводила в порядок кухню.
Мыла посуду, уносила остатки.
Точнее, то, что от остатков осталось. – Знаешь, Иван, – сказала она мужу, – я понимаю, что у людей трудности.
Понимаю, что зарплату не выплачивают.
Но почему она не остановила детей?
Почему не сказала: «Мальчики, не объедайте хозяев?» – Не знаю, – пожал плечами муж. – Может, они правда были очень голодны. – Голодные – это одно.
А жадность – совсем другое.
Они не ели.
Они хватали, словно видят еду в последний раз в жизни.
