Временно, конечно.
А то я сам из области, ездить неудобно.
Ольга положила нож в сторону.
В голове щелкнул невидимый переключатель.
Она знала, что у Сергея есть собственная «двушка», просто он сдавал её, чтобы покрывать кредит за дорогую машину. — Сергей, — мягко начала она, — зачем тебе регистрация у меня, если твоя квартира в Одессе всего в сорока минутах езды? — Ну что ты начинаешь? — нахмурился Сергей. — Тебе жалко, что ли?
Мы ведь почти семья.
Штамп в паспорте — это знак доверия.
А ты мне, выходит, не доверяешь?
Ольга вспомнила Игоря.
Вспомнила, как сложно выселять «бывших членов семьи», если те решат упереться. — Доверяю, Сергей.
Но в своей одесской квартире прописываю только своих детей.
Это правило.
Сергей надулся, целую неделю ходил хмурый, потом устроил скандал с битьём посуды, обвиняя её в меркантильности.
Она спокойно, без лишних переживаний, указала ему на дверь.
Опыт — сын трудных ошибок.
Прошло пять лет.
Ольге исполнилось сорок.
Она уже не искала любви, но она сама к ней пришла.
Алексей.
Интеллигентный, с мягким голосом, начальник отдела в банке.
Он не требовал ничего, не устраивал ссор, просто был рядом.
Детей щедро одаривал подарками — то конструкторы, то планшеты.
Ольгу возил на выходные в загородные отели.
Казалось, это и есть зрелое, настоящее счастье. — Давай поженимся, — предложил он через полгода. — И познакомлю с моими родителями.
Они у меня люди старой закалки, простые, но душевные.
Застолье по случаю знакомства решили организовать у Ольги.
Она накрыла стол: запекла утку, нарезала салаты, достала парадный сервиз.
Одесса сверкала чистотой и уютом.
