У двери я столкнулась с Оксаной. Она стояла на пороге квартиры Андрея — после развода он арендовал двухкомнатную в новом жилом комплексе — и старательно улыбалась моим дочкам. Варвара сразу напряглась и посмотрела на незнакомую женщину исподлобья. Юлия, совсем маленькая, испугалась и прижалась ко мне, вцепившись пальцами в край моей куртки.
— Девочки, познакомьтесь, это Оксана, — произнёс Андрей не слишком уверенно.
— Привет, красавицы! — Оксана чуть присела, пытаясь оказаться с ними на одном уровне и выглядеть дружелюбнее. — Я про вас столько слышала!
Варвара что-то буркнула себе под нос, даже не пытаясь улыбнуться. Юлия и вовсе спряталась за моей ногой, оставив наружу только макушку.
Оксана на секунду перевела взгляд на меня.
— Добрый вечер, — сказала она тихо, почти виновато.
— Здравствуйте, — ответила я ровным, ледяным тоном.
Я взяла девочек за руки, развернулась и пошла к лифту, не дав этой сцене растянуться ни на минуту дольше.
По дороге домой я всё время думала об Оксане. Представляла, как она, наверное, уже ждёт удобного случая, чтобы сообщить Андрею о своей беременности. Как он засветится от счастья, начнёт суетиться, покупать голубые бодики, выбирать коляску, спорить о мужском имени. Как будет строить планы, уверенный, что наконец-то получит того самого сына, о котором столько говорил. И как изменится его лицо, когда врач на УЗИ спокойно произнесёт: девочка.
Примерно через месяц я увидела публикацию Оксаны в Инстаграме. На снимке был тест с двумя яркими полосками, а под фотографией — восторженная подпись: «Скоро нас станет трое! Мы невероятно счастливы!»
Я сидела на диване, держала телефон в руке и не могла сдержать улыбку. Значит, всё началось. Конечно, они счастливы. Особенно Андрей. Он наверняка уже решил, что через девять месяцев у него родится долгожданный наследник. Мальчик, продолжатель фамилии, будущая гордость семьи.
В тот вечер я устроилась поудобнее, укрылась пледом и ещё несколько раз открывала эту публикацию. Листала комментарии, смотрела на сияющие смайлики, сердечки, поздравления — и тихо усмехалась. Андрей, должно быть, уже мысленно держал на руках сына. Не просто ребёнка, а доказательство собственной правоты, свою маленькую победу над судьбой.
Недели потянулись одна за другой. Через социальные сети я время от времени наблюдала, как меняется Оксана: новые фотографии, аккуратные платья, ладонь на животе, счастливые подписи. Андрей тоже не отставал — выкладывал снимки с УЗИ, где пока можно было различить лишь крошечное пятнышко, слишком маленькое, чтобы понять, кто там. В комментариях родственники и друзья живо обсуждали будущего малыша, и почему-то все предлагали только мужские имена: Артём, Максим, Даниил…
Мама часто звонила мне и первым делом спрашивала, нет ли новостей. Я пересказывала ей всё, что видела: Оксана уже на четвёртом месяце, скоро на обследовании врачи смогут назвать пол ребёнка.
— Пожалуй, куплю бутылочку шампанского на этот прекрасный день, — как-то сказала мама с явным удовольствием.
— Не спеши, — остановила я её, хотя сама едва сдерживалась. — Рано ещё радоваться. Посмотрим, что скажут врачи.
Но внутри я тоже ждала. Считала недели, почти дни, до того самого обследования, которое должно было расставить всё по местам.
Иногда Андрей звонил мне по обычным делам: обсудить график встреч с девочками, оплату кружков, какие-то школьные вопросы, выходные. Разговоры были сухими, короткими, без лишних эмоций. Но однажды в конце беседы он вдруг не удержался и сказал с гордостью:
— Скоро у нас будет мальчик. Оксана уверена.
— Вы уже были на УЗИ? — спокойно уточнила я.
— Нет, пока рановато, — быстро ответил он. — Но она чувствует. Да и у них в семье в основном мальчики рождаются.
— Понятно, — произнесла я мягко. — Поздравляю. Сообщи, когда будут точные новости.
После этого прошло ещё три недели. И вот однажды на экране телефона высветилось сообщение от Андрея: «Сегодня идём на обследование. Должны узнать пол ребёнка».
Я написала в ответ всего два слова: «Удачи вам».
Весь вечер я провела в странном напряжении. Девочки делали уроки, я готовила ужин, убирала со стола, ставила чайник, но мыслями я была совсем не на кухне.
