Поезд дёрнулся, тяжело вздохнул сцепками и неторопливо двинулся вдоль платформы. Марина устроилась на жёсткой деревянной полке, отвернулась к стене и закрыла глаза.
«Осуждённая Плотникова…»
Эта сухая казённая формулировка стучала в голове вместе с колёсами. Марина всё ещё не могла принять, что эти слова теперь имеют отношение именно к ней. Внутри всё сопротивлялось: она не считала себя виновной. Но защитник так и не смог доказать её правоту — последствия аварии на перекрёстке оказались слишком тяжёлыми.
Марина снова и снова возвращалась мыслями к тому дню. Она была уверена: тот мужчина сам шагнул под её машину. Светофор горел зелёным, она ехала по правилам. А он стоял у края тротуара и как-то странно, напряжённо всматривался в поток автомобилей, будто ждал определённую машину. Её машину.
Но зачем?
Эксперты потом установили: пострадавший был трезв. Не бездомный, не попрошайка, не человек с улицы — самый обычный мужчина. Что могло заставить его броситься под колёса? Отчаяние? Семейная беда? Измена жены? Адвокат, правда, говорил, что жена у него женщина приличная: работает лаборантом, воспитывает троих детей. Никакой очевидной причины для такого поступка не находилось.
«Спать. Немедленно спать», — приказала себе Марина и попыталась удобнее лечь на твёрдых досках.
Но сон не приходил. Вместо него память упрямо вытаскивала из прошлого отдельные картины — одну за другой, будто кто-то прокручивал перед ней старую киноплёнку. Школа, оконченная с золотой медалью. Поступление в институт иностранных языков. Диплом. Затем — высшие курсы синхронного перевода, куда она попала почти сразу после выпуска.
И там же появился Артём.
Он водил экскурсии по одному из городских маршрутов, на котором будущие синхронисты проходили практику. Марина тогда заметила его почти сразу, а вот он, похоже, не придал её появлению никакого значения. Ну практикантка и практикантка, таких вокруг хватало. Тем более женского внимания Артёму было более чем достаточно: туристки и экскурсантки буквально кружились около него, словно пчёлы вокруг душистого цветка.
И удивляться было нечему. У него были выразительные тёмные глаза, спокойная открытая улыбка, приятный бархатистый голос и удивительно красивая, грамотная речь. Он умел рассказывать так, что даже знакомые улицы начинали казаться загадочными и необыкновенными. Правда, с иностранными языками у Артёма отношения складывались тяжело. Поэтому он работал только с русскоязычными группами, а стажировку до конца так и не довёл. Решил, что уже получил достаточно знаний, чтобы двигаться к своей мечте.
Мечта у него была вполне определённая: открыть собственное туристическое агентство. Не обычное, с банальными поездками и одинаковыми маршрутами, а особенное — с авторскими турами, гастрономическими программами, интеллектуальными прогулками, необычными экскурсиями для людей, которым мало просто посмотреть на достопримечательности.
Марине эта идея показалась настолько живой и интересной, что ей захотелось помочь.
Однажды, когда они сидели на скамейке в парке и ждали группу иностранных гостей, она нерешительно сказала:
— Артём, а хочешь, я поговорю с папой? Он мог бы дать тебе беспроцентный заём.
Артём удивлённо посмотрел на неё:
— С какой стати твой отец станет давать деньги человеку, которого толком не знает?
— Я вас познакомлю, — быстро ответила Марина. Ей давно хотелось привести Артёма домой и представить родителям.
Он чуть помолчал, потом пожал плечами:
— Ну… если хочешь, давай.
В назначенный день Артём появился нарядный, свежий, будто только что вышел из прохладного летнего утра, и принёс большой букет садовых ромашек.
— Очень рад знакомству. Это вам, Наталья Сергеевна, — сказал он, протягивая цветы маме Марины.
Весь вечер родители слушали его почти заворожённо. Артём знал массу занятных историй о городе и области, умел подмечать детали, связывать факты и превращать обычный рассказ в маленькое представление. Когда гость ушёл, отец Марины с довольной улыбкой произнёс:
— Поздравляю. Кажется, ты познакомилась с человеком не только интересным, но и, по-моему, вполне достойным. Надеюсь, у вас всё будет развиваться.
Он лукаво подмигнул дочери. Марина смутилась и покраснела.
«Ах, папа, если бы…» — с грустью подумала она. Никаких отношений между ними не было. Артём до сих пор ни разу не подарил ей даже самого маленького цветка просто так.
Но вслух она сказала другое:
— Да, он правда умный. И очень перспективный. У него столько идей.
Разговор о деньгах Марина решила перенести на другой раз.
А вскоре Артём вдруг начал проявлять к ней внимание. То приглашал выпить кофе с пирожным, то перед самым окончанием рабочего дня появлялся с небольшим букетиком, неизвестно где раздобытым. Марине, конечно, эти перемены были приятны. Она радовалась каждому знаку внимания, но серьёзный разговор с отцом почему-то всё откладывала. Словно внутри срабатывал невидимый стопор: стоило вспомнить об обещанном займе, как слова застревали в горле.
Однажды вечером они вместе возвращались после работы. Артём неожиданно остановился, взял её за руки и, немного волнуясь, произнёс:
— Марина, я давно хотел тебе сказать… Ты мне нравишься.
Она внимательно посмотрела ему в лицо, слегка наклонила голову и спросила:
— Правда? И давно?
— Почти с самого начала, — ответил он. — Ещё когда ты пришла на практику. Ты сразу показалась мне не такой, как остальные.
«Странно, а я этого “сразу” как-то не заметила», — мелькнуло у Марины.
Она снова посмотрела ему прямо в глаза:
— И что теперь?
— Теперь я хотел бы видеться с тобой не только на работе, — сказал Артём. — Может, завтра сходим в театр? Там сейчас идут очень хорошие спектакли.
— Знаю, — улыбнулась Марина. — Мы с мамой большие поклонницы театра и стараемся не пропускать премьеры.
— Вот как… — Артём заметно растерялся. — То есть твою маму тоже брать? Просто у меня только два билета.
Марина рассмеялась:
— Да нет же! Кто берёт маму на свидание? Это ведь свидание?
— Ну да, — признался он. — Просто кафе — слишком обыденно. А в ресторанах я, честно говоря, не очень разбираюсь. Вот и решил пригласить тебя на спектакль.
— Прекрасная идея, — сказала она.
Ей вдруг стало ясно: он просто смущается, поэтому и ведёт себя немного неловко. Захотелось поддержать его, облегчить этот момент.
— Артём, — тихо добавила Марина, — ты мне тоже нравишься. И я с радостью пойду с тобой в театр.
Его глаза вспыхнули такой неподдельной радостью, что последние сомнения Марины рассеялись. Она шагнула ближе и крепко обняла его.
После этого всё закрутилось очень быстро. Артём познакомил её со своей матерью, которая воспитывала его одна. Вскоре они уже сообщили родителям, что собираются пожениться.
Отец Марины сразу заявил, что в качестве свадебного подарка берёт на себя все расходы и устроит молодым красивое, большое торжество.
Но Марина прижалась к нему и осторожно спросила:
— Пап, а можно я попрошу другой подарок?
— Любопытно, какой? — удивился отец. Он был уверен, что любая девушка мечтает о роскошном платье, гостях, музыке и настоящей свадьбе.
— Понимаешь, Артём хочет открыть своё туристическое агентство. Ему нужен стартовый капитал. Может, ты лучше поможешь нам с этим?
Отец долго смотрел на дочь, и в его глазах вдруг блеснула влага.
— Марина, ты меня тронула, — сказал он. — Но подумай хорошенько. Свадьба бывает один раз в жизни. Разве можно заменить её какими-то скромными посиделками?
Однако Марина уже всё решила. Она не хотела тратить деньги на пышный праздник, если эти средства могли стать началом их общего будущего.
