— Дмитрий, прошу тебя, остановись, — тут же вмешалась Алина своим приторно-мягким тоном, в котором за лаской пряталась явная колкость. — Не надо из-за меня ссориться, правда. Марина у нас женщина серьезная, деловая, самостоятельная. У нее другие задачи, ей не до борщей, кастрюль и домашних мелочей. А мне ведь нетрудно, я с радостью позабочусь о любимом братике. Женщина, по-моему, через заботу и отдает тепло. Без этого в доме сразу становится пусто и неуютно.
Удар был нанесен точно. Дмитрий посмотрел на Алину почти с умилением, а на Марину — так, будто она снова оказалась виновата во всем на свете.
В сырой пятничный вечер Марина возвращалась домой с одной-единственной мыслью: добраться до спальни, рухнуть на постель и хотя бы на несколько часов отключиться. Она открыла дверь своим ключом. Из кухни тянулся мягкий желтый свет, слышались звон бокалов и громкий, беззаботный смех. Марина прошла по коридору и остановилась на пороге.
За столом сидели Дмитрий и Алина. Ужин уже был в разгаре. Их совершенно не смутило, что Марина час назад звонила и просила подождать ее, не садиться без нее.
— Приятного аппетита, — произнесла она ровно, сложив руки на груди. — Смотрю, у вас тут праздник.
— О, Марин, ты уже пришла! — Дмитрий небрежно махнул рукой, будто ее появление было пустяком. — Мы тут вспомнили, как в детстве пса от мамы в шкафу прятали. Садись, Алина картошки нажарила — один в один как у бабушки получалось!
— А дождаться меня вы не могли? — голос Марины дрогнул, хотя она изо всех сил старалась держаться спокойно. — Я ведь просила. Если честно, я уже не выдерживаю этого бесконечного проходного двора. Я хочу возвращаться в собственную квартиру и хотя бы вечером побыть в тишине.
Лицо Дмитрия сразу окаменело. Смех исчез, будто его выключили. Он резко отодвинул стул, тот скрипнул по полу, и вскочил.
— Ну вот, опять! — вспыхнул он. — Тебе вечно все не так! Приходишь с этим своим недовольным лицом и за минуту всем настроение портишь. Мы что, должны были стоять по стойке смирно и ждать, пока ты соизволишь вернуться с работы?
— Вы живете в моей квартире и едите то, что покупаю я, — четко, почти по слогам сказала Марина. — Поэтому да, я считаю, что хотя бы минимальное уважение здесь уместно.
— Уважение? — Дмитрий почти сорвался на крик. — Ты сама уже забыла, что значит быть нормальной женой! Ты стала каким-то бездушным механизмом с банковской картой. Лучше бы у Алины посмотрела, как создают уют, а не тыкала всех своими деньгами и расписаниями.
И в этот миг Марина вдруг увидела всю картину целиком. Эти двое незаметно выстроили свою маленькую, удобную для них «семью». В ней Дмитрий чувствовал себя главным мужчиной и добытчиком, хотя зарабатывал вдвое меньше жены. Алина заняла роль идеальной домашней женщины, мягкой, заботливой, всегда готовой накормить и пожалеть. А Марина в этой схеме оказалась не женой, не хозяйкой дома, а кошельком. Посторонним раздражителем, который оплачивал коммунальные платежи, покупал продукты и мешал им наслаждаться уютной жизнью.
Не сказав больше ни слова, Марина развернулась, прошла в спальню, достала дорожную сумку и стала молча, одно за другим, складывать в нее вещи.
Дмитрий ворвался следом почти сразу. В глазах у него мелькнула настоящая паника.
— Ты что творишь? Марина, куда ты собралась?