Повод действительно нашёлся: они опять не сводили дочь в кино, хотя ребёнку уже не раз обещали этот вечер. Мария разрывалась на части, пытаясь одновременно оставаться жёстким руководителем, внимательной матерью и человеком, который ещё держит дом на себе.
Прошлой осенью в их фирме появилась новая сотрудница — менеджер Кристина. Ей было двадцать пять, кольца на пальце не было, зато привычка улыбаться чуть дольше, чем нужно, и смотреть исподлобья у неё получалась безупречно. Компания у них была небольшая, коллектив быстро переходил на «ты», и из-за этой почти семейной атмосферы границы между деловыми разговорами и приятельским общением постепенно размывались.
Мария не раз замечала, как Кристина заигрывает с клиентами, причём даже тогда, когда рядом сидели их жёны. Сначала она старалась не накручивать себя. Молодая, амбициозная, хочет понравиться, хочет закрепиться на работе — мало ли. Мария повторяла про себя, что не собирается превращаться в подозрительную истеричку и видеть угрозу в каждой улыбке.
Но вечерами, пока Мария дома разбиралась с ужином, ребёнком, бытом и накопившейся усталостью, Дмитрий всё чаще оставался в почти пустом офисе. И рядом с ним задерживалась Кристина.
— Я только отчёты закончу, Дмитрий. Кофе будешь? Ты сегодня совсем вымотался, — мягко произносила она и ставила перед ним чашку так, будто делала не служебную мелочь, а проявляла особую заботу.
Она умело играла роль понимающей женщины: не спорила, не перебивала, смотрела сочувственно и была готова слушать сколько угодно. А Дмитрий, измученный постоянными домашними выяснениями отношений, неожиданно почувствовал рядом с ней возможность выдохнуть. Слово за слово — и он начал рассказывать лишнее. Кристина слушала внимательно. И, конечно, всё запоминала.
После того сообщения Мария сидела на кровати, сжимая телефон, и от бешенства ей казалось, что в груди не хватает воздуха. Для неё эти строки стали не намёком, а прямым доказательством предательства. Мужчина не обсуждает свою жену с чужой молодой женщиной, если между ними нет ничего, кроме работы. Значит, связь уже есть. И в тот миг такая близость казалась Марии даже более унизительной, чем обычная измена.
Она резко толкнула Дмитрия в плечо.
— Просыпайся! — прошипела она, поднося к его лицу светящийся экран. — Собирайся и уходи. Иди к своему «личному психологу».
Дмитрий спросонья не сразу понял, что происходит. Он щурился, вчитывался в сообщение и бледнел прямо на глазах. Сон исчез мгновенно.
— Мария, клянусь, между нами ничего не было! — сбивчиво заговорил он, пытаясь удержать её за руку. — Я просто пару раз сказал, что мы постоянно ругаемся. Меня уже прорвало. Она сама расспрашивала, чай приносила, кофе наливала…
— Ты обсуждал меня с ней? — голос Марии дрожал от ярости. — Ты впустил постороннюю девицу в нашу семью, в нашу спальню, в то, что касается только нас. Уходи.
Переубедить её было невозможно. Дмитрий, почти плача, натянул одежду и вышел в темноту. Мария осталась одна — с обидой, злостью и твёрдой уверенностью, что их брак, годами собранный по крупицам, сломала молодая хищница. Утром Мария наконец заставила себя действовать.
