— Может, всё-таки вызовем мастера? Она ведь сейчас развалится прямо здесь! — Ольга пыталась перекричать оглушительный грохот стиральной машины.
В тесной ванной она стояла почти вплотную к старенькой технике и обеими ладонями прижимала дрожащую белую крышку. На отжиме машинка не просто вибрировала — она подпрыгивала на кафеле так, будто собиралась сорваться с места и ускакать к двери.
— Какой ещё мастер, Ольга? Ты вообще представляешь, сколько они сейчас берут? — Андрей недовольно скривился, остановившись в дверях. Он скрестил руки на груди и всем видом показывал, что перед ним не проблема, а очередной приступ женской тревожности. — Только за приезд тысячу отдашь, за диагностику ещё две. А потом начнёт рассказывать, что подшипник менять надо. Пустая трата денег. Потрясётся и затихнет. Просто не набивай её бельём под завязку.
Ольга дождалась, когда барабан наконец перестанет бешено крутиться, и устало провела тыльной стороной ладони по вспотевшему лбу. Потом наклонилась и стала вытаскивать в пластиковый таз тяжёлое, плохо отжатое постельное бельё.
— Андрей, ей уже двенадцатый год пошёл, — сказала она без сил. — Уплотнительная резинка вся в трещинах, вода сочится. Я каждый раз тряпку под неё подкладываю. Может, возьмём немного из накоплений и купим нормальную новую машинку? Сейчас как раз скидки на технику.
Лицо мужа тут же стало другим. Мягкость исчезла, черты заострились, взгляд сделался жёстким. Андрей выпрямился и шагнул ближе.
— Никаких “возьмём из накоплений”, — отрезал он. — Мы с тобой всё обсудили, Ольга. Это запас, к которому не прикасаются. Мы откладываем на дом за городом, на спокойную старость, на участок, сад, свежий воздух. А ты хочешь пустить деньги на какую-то стиралку. В выходные сам разберусь, посмотрю, что там гремит. Где надо — изолентой прихвачу, смажу, подкручу. Ещё лет пять отработает.
Ольга не стала отвечать. Спорить с Андреем о деньгах было всё равно что разговаривать со стеной. Да и после тяжёлой смены в городской поликлинике, где она работала старшей медсестрой, сил на препирательства уже не оставалось.
Их жизнь в режиме строгой экономии тянулась восьмой год. Когда Ольге исполнилось сорок пять, а Андрею — пятьдесят, они оба загорелись одной мечтой: купить добротный просторный дом в зелёном пригороде. Такой, чтобы неподалёку шумел лес, чтобы рядом была речка, а по утрам можно было выходить на собственную веранду с чашкой чая и смотреть на сад.
Ради этого будущего они полностью перекроили семейные расходы. Андрей, инженер-проектировщик в крупной строительной фирме, предложил открыть отдельный пополняемый депозит. Причём оформить его на своё имя: у него в банке была зарплатная карта с премиальным обслуживанием, а значит, и процент по вкладу обещали выше. Ольга тогда не усомнилась ни на секунду. Они давно были мужем и женой, считали себя настоящей семьёй и верили друг другу без оговорок.
С тех пор каждый месяц, в день зарплаты, Ольга переводила Андрею ровно половину своих денег. Если выпадали дополнительные ночные дежурства или приходила квартальная премия, она отправляла ещё больше. Себе оставляла только самое необходимое: оплату коммуналки, недорогие продукты и проездной.
Она урезала расходы во всём. Годами не покупала себе новую одежду, донашивала старые куртки и пальто. В парикмахерские и салоны красоты дорогу почти забыла — научилась сама красить волосы дешёвой краской из ближайшего супермаркета. С коллегами в кафе не ходила, брала на работу контейнеры с домашней едой: чаще всего макароны и курицу, купленную по акции. Отпуска они проводили дома, на диване перед телевизором, потому что поездка к морю считалась непозволительным излишеством.
Но мысль о растущей сумме на банковском счёте согревала и поддерживала. Андрей регулярно сообщал ей, как продвигаются дела.
— У нас уже три миллиона, Олечка, — говорил он за ужином.
Или, довольно улыбаясь, добавлял:
— Сегодня проценты начислили, перевалили за пять миллионов.
В такие моменты у Ольги будто появлялись крылья. Казалось, всё терпимо: и протекающая стиральная машина, и сбитые набойки на осенних сапогах, и бесконечные отказы себе в мелочах. Главное — впереди их ждёт дом, ради которого всё это имеет смысл.
В субботу утро выдалось серым и прохладным. Андрей съел овсянку, натянул старую ветровку и объявил, что поедет на строительный рынок — нужно поискать детали, чтобы починить кран на кухне, который уже несколько дней подтекал.
Проводив мужа, Ольга занялась уборкой. Сначала вытерла пыль в гостиной, затем полила цветы, после чего вернулась на кухню, чтобы перемыть посуду. На столе, рядом с сахарницей, лежал старый планшет Андрея. Обычно он брал его с собой: читал новости, смотрел ролики про рыбалку, иногда листал строительные форумы. Но сегодня, видно, оставил в спешке.
Ольга хотела протереть столешницу и потянулась к планшету, собираясь переложить его на подоконник. В эту секунду экран внезапно вспыхнул, а устройство издало короткий мелодичный сигнал.
Она никогда не рылась в чужих вещах и не имела привычки читать чужие сообщения. Но крупные буквы на ярко подсвеченном экране сами бросились в глаза. Это было уведомление из банковского приложения.
«Перевод выполнен успешно. Сумма: 200 000 рублей. Получатель: Максим Андреевич В. Сообщение: на оборудование».
Ольга застыла, всё ещё держа планшет в руке.