Вы же — семья, должны понимать.
Я с легкой усмешкой наблюдала за этим бесплатным представлением.
На экране смартфона ровно отсчиталось сорок секунд. — А почему Ольга не может приехать к вам, Тамара Ивановна? — вежливо спросила я, скрестив руки на груди. — Ведь вы ее мать.
Свекровь взглянула на меня так, будто я предложила ей добровольно отправиться на каторгу. — Надежда, ну хоть подумай головой! — возмутилась она. — У меня тесненькая однушка на окраине Винницы.
Мы там друг друга съедим, задохнемся!
Да и Ольге надо строить карьеру.
Тамара Ивановна махнула рукой в сторону окна: — Она собирается устроиться в солидный офис в центре.
С моей окраины ей придется ездить два часа с тремя пересадками.
А ваша квартира расположена просто идеально — пять минут до метро и до делового центра рукой подать!
Знаете, любовь к ближнему всегда разгорается с особой силой, когда этот самый ближний удобно расположен в пешей доступности от метро.
Андрей даже не моргнул.
Он не начал метаться с ноги на ногу, не пытался подобрать слова и не посмотрел на меня с безмолвным вопросом. — Мама, — ровно и жестко прозвучал голос мужа, словно металлическая балка. — Мы это не обсуждаем.
Квартира принадлежит Надежде, мы живем здесь вдвоем.
Для Ольги здесь места нет.
Разворачивайтесь и поезжайте домой.
К тебе в однушку.
Или ищите новую съемную.
Ольга фыркнула с возмущением, поправляя воротник новой, явно дорогой шубки. — Андрей, ты вообще себя слышишь? — голос свекрови поднялся на октаву. — Родная кровь останется на улице, а ты за жену прячешься!
Я тебя для чего растила?
Чтобы ты сестру в трудную минуту бросил? — Ты меня растила не для того, чтобы я за счет жены оплачивал логистический комфорт сестры, — мгновенно парировал Андрей.
Он сделал шаг вперед, взявшись за ручку огромного чемодана. — Разговор окончен.
Дверь прямо по курсу.
Но Тамару Ивановну было не так просто сбить с намеченного курса.
Она резко повернулась ко мне, сверкая глазами. — Надежда!
