— Слышь, Дмитрий, — Алексей ввалился на кухню, лениво поглаживая живот. — У нас уголь в багажнике закончился, да и мясо мы не прихватили. Решили, у вас тут наверняка всё свое, деревенское, свежее. Ты бы до магазина смотался, взял килограмма четыре шейки. Ну и там по мелочи: сыр нормальный, огурчики, зелень. Дарья у нас овощи уважает. Я бы сам, конечно, но нога разболелась. Старая травма, понимаешь.
Дмитрий молча перевел взгляд на Ольгу. Ольга так же молча посмотрела на нож, которым чистила картошку.
— Алексей, — произнесла она почти нежно. — Магазин отсюда в пяти километрах. Пешая прогулка твоей старой травме только на пользу. А у Дмитрия деньги остались ровно на бензин до работы. Мы, знаешь ли, не готовились устраивать пир на весь район.
— Ой, Ольга, ну что ты сразу! — в кухню вплыла Светлана, распространяя вокруг себя густой цветочный аромат. — Потом рассчитаемся. У нас же ремонт, вы в курсе, все средства туда ушли, каждую гривну считаем. А у вас тут рай земной: огород, запасы, погреба, наверное, ломятся.
«Ломятся они разве что от старых банок, которые открывать страшнее, чем читать диагноз в поликлинике», — подумала Ольга, но вслух сказала совсем другое:
— Конечно, ломятся. Дмитрий, составь Алексею список. Заодно человек ноги разомнет.
Вечер прошел в атмосфере, которую при большом желании можно было назвать семейной. Алексей уничтожил почти всю картошку и между делом сообщил, что масла в ней явно пожалели. Дарья канючила мультики, хотя интернет на даче появлялся только на верхушке старой яблони и, кажется, исключительно по большим церковным праздникам. Илья с Викторией мрачно грызли хлеб и бросали на незваных родственников такие взгляды, будто мысленно уже выселяли их вместе с вещами.
— Ольга, а что завтра на завтрак? — Светлана сладко потянулась и устроилась на самом удобном стуле, словно он достался ей по наследству. — Я обычно ем омлет с беконом и пью свежевыжатый сок. Соковыжималка у тебя есть?
— У меня есть терка и огромное желание отправить всех в оздоровительный пеший поход, — Ольга улыбнулась так ласково, что Дмитрий насторожился. — А на завтрак будет овсянка на воде. Прекрасно влияет на цвет лица, Светлана.
Следующие три дня стали похожи на медленную осаду. Гости держались так, будто приехали в пансионат с полным обслуживанием. Только вместо персонала была Ольга, а вместо бассейна — ржавое корыто для полива.
— Ольга, почему у вас полотенца такие дубовые? — жаловалась Светлана с утра. — И Дарья говорит, что от вашего постельного белья у нее всё чешется. Оно из чего сшито? Из мешков?
— Из чистейшего хлопка урожая тысяча девятьсот восемьдесят четвертого года, — отвечала Ольга, развешивая на веревке очередную гору чужих простыней и футболок. — Редкая коллекция. Серия называется «Терпи, казак».
Алексей за это время окончательно присвоил диван в гостиной. Он лежал на нем, щелкал пультом и смотрел единственный канал, который телевизор ловил сквозь снег и рябь.
— Дмитрий, а чего у тебя антенна такая дохлая? — ворчал он. — Починил бы, мужик ты или кто. И пивка бы холодного неплохо… Сгоняешь? Я тебе потом на карту переведу. Ну, наверное.
Дмитрий, обычно мягкий и терпеливый, все больше походил на пружину, которую сжимали слишком долго. Илья, уставший ночевать среди лопат, граблей и прочего садового добра, перестал появляться за общим столом и предпочитал уходить в лес с сухарями, лишь бы не видеть этого курортного безобразия.
Развязка наступила утром четвертого дня. Ольга заглянула в кладовку и застыла. Последняя банка тушенки, которую берегли на самый крайний случай, была вскрыта и выедена до блеска. Пустая жестянка сиротливо стояла на полке, словно памятник человеческой бесцеремонности. По жирным следам и довольному сопению в гостиной виновник определялся без экспертизы.
— Так, — сказала Ольга и вышла на веранду, где Светлана пыталась загорать, подставив лицо слабому майскому солнцу. — Дмитрий, заводи машину.
— Это вы куда собрались? — Светлана лениво приоткрыла один глаз. — На рынок за мясом? Тогда купите мне еще тех конфет с орешками, Дарья просила.
— Нет, Светлана. Мы едем к твоей маме, — Ольга принялась собирать разбросанные по веранде Дарьины игрушки в пластиковый тазик.
— К какой еще маме? Она же во Львове! — Светлана резко села на шезлонге.
— Вот именно, — Ольга кивнула с самым невозмутимым видом. — Раз уж вы решили провести отпуск у нас, мы решили провести свой у твоей мамы. Женщина она одинокая, ей, наверное, скучно, а у нас как раз свободные дни. Ключи у Алексея из куртки мы уже взяли, когда он повесил ее на гвоздь. Дмитрий, неси чемодан к машине.