Даже от Дмитрия она не предполагала такого.
Они уже всё подготовили заранее. Бумаги лежали перед ней аккуратной стопкой, как будто решение было принято без неё, а ей оставалось лишь поставить подпись там, где покажут. Ни разговора, ни просьбы, ни попытки объяснить. Будто квартира уже по умолчанию принадлежала им, а Мария просто задерживала неизбежное.
Она подняла папку со стола и ровным голосом произнесла:
— Значит, так. Сейчас вы все встаёте и выходите.
Игорь усмехнулся, даже не скрывая насмешки.
— Ну вот, понеслось.
— Нет, — Мария посмотрела на него спокойно. — Понеслось в тот момент, когда вы решили распоряжаться тем, что вам не принадлежит.
Ольга Сергеевна наклонилась вперёд, поджав губы.
— Мария, тебе что, жалко помочь родным людям?
— Мне не жалко помогать, — ответила она. — Мне мерзко, что на меня решили надавить втроём.
Дмитрий резко поднялся из-за стола.
— Да никто на тебя не давит!
— Тогда зачем вы принесли готовый договор?
Он открыл рот, но слов не нашёл. Закрыл его почти сразу.
Мария смотрела только на мужа.
— Ты вообще собирался спросить моё мнение?
— Я знал, что ты опять устроишь скандал!
— То есть ты заранее всё решил за меня?
— Потому что ты думаешь только о себе!
У Марии едва заметно дрогнула щека. Она медленно выпрямилась, будто каждое движение давалось ей с усилием.
— Повтори.
Дмитрий первым отвёл глаза.
И именно это окончательно привело её в чувство.
Никакой случайности здесь не было. И дело было не в настойчивости его матери. Не в наглости Игоря. Перед ней стоял её муж — человек, который считал вполне нормальным забрать её квартиру и оформить всё так, будто она сама должна быть благодарна.
— Все вышли, — повторила Мария уже жёстче.
Ольга Сергеевна вспыхнула:
— Это квартира моего сына!
— Нет, — отрезала Мария. — Это квартира моего деда.
— Неблагодарная ты!
— А вы слишком уверенно устроились в чужом доме.
Игорь вскочил так резко, что стул с противным скрипом отъехал по полу.
— Да кому ты вообще нужна с таким характером?
Мария перевела на него спокойный взгляд.
— Ключи от квартиры положи на стол.
Он застыл.
— Что?
— Ключи. Немедленно.
Дмитрий нахмурился.
— Мария, ты себя слышишь? Ты с ума сошла?
— Нет. Я впервые за долгое время рассуждаю здраво. С этого дня никто из вашей семьи не переступит этот порог без моего разрешения.
Ольга Сергеевна всплеснула руками.
— Дмитрий! Ты слышишь, как она с нами разговаривает?!
Но Дмитрий уже всё понял. Мария больше не собиралась отступать. И это его испугало.
Она впервые так ясно увидела это на его лице. Не злость. Не обычное раздражение. Именно страх.
Потому что раньше она сглаживала острые углы. Молчала. Терпела. Соглашалась на компромиссы, лишь бы не раздувать ссору. А теперь внутри будто оборвалась последняя нитка, которая удерживала её рядом с ними.
— Ключи, Игорь.
Он демонстративно швырнул связку на стол.
Мария молча забрала её и повернулась к Дмитрию.
— Твои тоже.
— Ты серьёзно?
— Более чем.
— Я здесь живу.
— Уже нет.
Ольга Сергеевна вскочила с места.
— Это незаконно!
Мария посмотрела на неё без тени растерянности.
— Незаконно — готовить дарственную на чужую квартиру без согласия собственника.
Дмитрий нервно хмыкнул.
— И куда я, по-твоему, должен идти?
— К матери. К брату. Куда угодно.
Он сделал шаг к ней.
— Ты ещё сама прибежишь мириться.
Мария встретила его взгляд прямо. И вдруг улыбнулась — спокойно, холодно, почти равнодушно.
— Нет, Дмитрий. Просто ты до сих пор не понял: всё уже закончилось.
Скандал тянулся почти час. Ольга Сергеевна из прихожей кричала, что Мария разрушает семью. Игорь грозился судами. Дмитрий то пытался давить, то внезапно переходил на почти жалобные интонации.
— Мария, ты перегибаешь.
— Давай поговорим нормально.
— Ты всё неправильно поняла.
Но теперь она видела главное: ни один из них не раскаивался. Они жалели лишь о том, что не сумели быстро продавить её и заставить подписать бумаги.
Когда дверь наконец захлопнулась, в квартире стало непривычно тихо. Мария ещё несколько секунд стояла неподвижно, затем медленно выдохнула и впервые за очень долгое время почувствовала не боль, а облегчение — словно из дома наконец вынесли что-то тяжёлое и липкое.
