Мария на несколько секунд будто лишилась дара речи. Потом шагнула ближе и протянула руку.
— Дай посмотреть.
Артём молча вложил ей в ладонь телефон.
Снимок оказался не размытым, не случайным — сделанным уверенно и с хорошего расстояния. На фотографии Мария стояла у кафе с сумкой в руке, вся напряжённая, а перед ней — тот самый незнакомый мужчина, закрывавший её собой, словно заслон.
Она сразу поняла, откуда вёлся кадр: с другой стороны дороги. Значит, за ней наблюдали. Не просто проходили мимо, не случайно щёлкнули камерой — именно следили.
В эту же секунду завибрировал уже её телефон. Мария вздрогнула, открыла сообщение и увидела новую фотографию: Артём рядом с незнакомой девушкой, той самой, что пыталась с ним познакомиться у перехода.
Не произнеся ни слова, Мария повернула экран к нему.
Артём посмотрел и криво усмехнулся.
— Похоже, мои родители решили устроить нам представление.
— Господи… — Мария устало прикрыла глаза. — Но зачем? Зачем всё это?
— Потому что они не хотят нашей свадьбы, — спокойно, хотя и мрачно, ответил он.
— И что теперь? Будем ждать, пока они придумают что-нибудь ещё?
Артём посмотрел на неё внимательно.
— Нет. Мы просто подадим заявление и поженимся. Без шума, без гостей, без их разрешения.
Мария чуть помолчала, а потом неожиданно для самой себя улыбнулась.
— Знаешь что? Давай.
На следующий день Мария пришла на работу в привычное время, но едва успела снять верхнюю одежду, как её остановил директор.
— Мария, зайди ко мне. Нужно обсудить один вопрос, — сказал Олег Павлович таким тоном, что она сразу поняла: ничего хорошего её не ждёт.
В кабинете он не предложил ей сесть. Сам тоже выглядел неловко, словно заранее хотел поскорее закончить разговор.
— Что-то случилось, Олег Павлович? — спросила она.
Он отвёл глаза.
— Ничего чрезвычайного. Просто… мы больше не нуждаемся в твоих услугах.
Мария не сразу осознала смысл сказанного.
— То есть как? Вы меня увольняете?
— Да. Мне жаль, Мария. Правда жаль. Но решение принято. Пройдём в отдел кадров, оформим документы.
Она уже открыла рот, чтобы спросить, по какой причине, но тут же передумала. Ответ был очевиден. И спорить сейчас было бессмысленно: всё уже решили за неё.
Через несколько часов Мария вернулась домой. И с удивлением увидела, что Артём тоже находится в квартире.
— Ты почему дома? — спросила она, хотя почти сразу догадалась. — Подожди… не говори. Тебя тоже уволили?
Он развёл руками.
— Угадала.
Мария устало опустилась на стул.
— Меня тоже.
Некоторое время они просто сидели напротив друг друга, не зная, смеяться им или злиться. Ситуация была настолько абсурдной, что возмущение уже не помещалось внутри.
— И что будем делать? — наконец спросила Мария.
Артём пожал плечами.
— Я бы предложил уехать. Отдохнуть. Проветрить голову.
— Можно на дачу, — оживилась она. — У меня есть небольшой домик за городом. Заодно к моим родителям заедем. Что скажешь?
— Отличная мысль, — согласился Артём. — Деньги у нас пока есть. Обустроимся там, подадим заявление, распишемся… А дальше разберёмся. Может, потом и к морю выберемся. Я уверен, мы что-нибудь придумаем.
В этот момент у него зазвонил телефон. Артём взглянул на экран, нахмурился, но всё же ответил. Слушал недолго, произнёс только:
— Хорошо.
И отключился.
— Кто звонил? — спросила Мария.
— Отец. Сообщил, что квартира принадлежит им, а мне они всего лишь позволили здесь пожить. Теперь я должен вернуть ключи.
Он горько усмехнулся и покачал головой.
— Никогда не думал, что мои родители способны на такое.
Мария подошла к нему и положила ладонь на плечо.
— Ничего, Артём. Они не всесильны. Мы и без них справимся. Построим свою жизнь сами.
Дача Марии находилась на самом краю небольшого посёлка — там, где уже начинался лес, а за деревьями блестело озеро. Домик был старенький, с потемневшими стенами и скрипучими половицами, но внутри оказалось сухо, тепло и удивительно уютно.
Первые недели они почти ничего не планировали. Спали сколько хотели, гуляли у воды, пили чай на веранде, молчали, разговаривали, смеялись. После всего, что произошло, им обоим нужно было просто прийти в себя.
Потом они съездили в город и официально зарегистрировали брак — без лишних свидетелей, без громких речей, без тех, кто считал себя вправе решать за них.
Постепенно жизнь начала налаживаться. Мария решила заняться репетиторством и помогать школьникам подтягивать оценки. Сначала учеников было немного, но родители быстро начали советовать её друг другу. Артём, в свою очередь, стал брать частные заказы на эскизы и проекты. Работа находилась одна за другой.
Так, шаг за шагом, у каждого появилась своя клиентская база. Денег хватало, а главное — они больше не зависели от чужой воли.
Однажды Мария и Артём заехали к её родителям.
— Оставайтесь обедать, — сразу предложила мать Марии, обрадовавшись их приезду.
— Я только за, — улыбнулся Артём.
Отец Марии развёл руками.
— А я, к сожалению, не смогу посидеть с вами. У меня встреча.
Он тяжело вздохнул, и Мария заметила, что отец раздражён.
— Какие-то настойчивые люди, — добавил он. — Я им уже несколько раз объяснил, что прежним бизнесом больше не занимаюсь, но они всё равно пытаются на меня давить.
Артём заинтересованно посмотрел на него.
— У вас раньше был бизнес?
— Был, — спокойно ответил отец Марии. — Я его продал. Сейчас больше занимаюсь недвижимостью, ну и иногда покупаю и продаю акции.
— И как идут дела? — спросил Артём.
— Не жалуюсь.
Отец Марии взглянул на часы и вышел встречать гостей. Спустя несколько минут он вернулся в дом вместе с мужчиной и женщиной.
— Давайте сразу пройдём в кабинет, — сказал он своим спутникам. — Дети приехали, хочу быстрее освободиться.
Но договорить спокойно не получилось.
Гости остановились как вкопанные. Их взгляды упёрлись в Марию и Артёма. Мария с Артёмом, в свою очередь, смотрели на них с таким же изумлением.
Перед ними стояли родители Артёма.
Первым пришёл в себя Владимир Андреевич. Он медленно повернулся к отцу Марии и, указывая на неё, спросил:
— Простите… это ваша дочь?
— Да, — кивнул отец Марии. — А рядом с ней её муж.
Владимир Андреевич перевёл взгляд на Артёма. На его лице отразилось что-то среднее между растерянностью и попыткой быстро просчитать ситуацию.
— Любопытно, — произнёс он наконец. — Потому что этот молодой человек — наш сын.
В комнате повисла такая тишина, что стало слышно, как где-то в коридоре тикают часы.
Вечером Мария и Артём вернулись на дачу. Дорогу они почти всю молчали, но это молчание не было тяжёлым. Скорее оба пытались осмыслить странную иронию случившегося.
— Я даже представить не мог, — сказал наконец Артём, когда они вошли в дом, — что твой отец и есть тот самый Морозов, к которому мои родители столько времени пытаются подобрать ключ.
Мария усмехнулась.
— Значит, теперь они внезапно меня полюбят? Вернут тебе квартиру, позвонят на наши бывшие работы и попросят принять нас обратно?
— Пусть делают что хотят, — ответил Артём. — Честно, мне уже всё равно. Главное, что мы вместе.
Он подошёл к окну. За стеклом темнел лес, а над озером висел мягкий вечерний туман.
— Я предлагаю остаться здесь, — продолжил он. — В этом месте. Жить так, как нам нравится, а не так, как требуют родители. Не важно, чьи — мои или твои. Мы взрослые люди и сами можем решать, какой будет наша жизнь.
Мария подошла к нему и взяла за руку.
— Я полностью поддерживаю это предложение.
Они посмотрели друг на друга и улыбнулись. Впереди было много неизвестного, но теперь это уже не пугало. Оба понимали: их настоящая жизнь только начинается.
