На ходу она накинула халат поверх растянутой длинной футболки и туже запахнула пояс. Сон исчез мгновенно, будто его и не было. Вместо него внутри поднялась ледяная злость, перемешанная с бессильным отчаянием.
Марина босыми ступнями прошла по холодному полу в прихожую и осторожно заглянула в глазок. За дверью сиял довольный Виктор Сергеевич. Позади него переминались еще двое: мужчина с огромным пузатым чемоданом и женщина в пуховом платке, на который сверху была зачем-то натянута дорожная шапочка.
Марина тяжело выдохнула и повернула замок. В квартиру тут же ворвался морозный воздух, а вместе с ним — резкий запах дешевых сигарет.
— Ну здравствуйте, мои хорошие! — громко объявил Виктор Сергеевич.
Он, крупный, в тяжелом старом пальто, шагнул через порог и сразу сгреб полусонную Марину в объятия, больно чмокнув ее в щеку колючими усами.
— Вот и мы! Не ожидали? Так мы для того и приехали — сюрприз сделать!
— Папа, ты вообще понимаешь, что делаешь? — Алексей показался из спальни, на ходу натягивая спортивные штаны. — Сейчас четыре утра!
— Ну и что с того? — беспечно отмахнулся Виктор Сергеевич, уже протискиваясь в тесную прихожую и сбрасывая обувь. — Самое удобное время: дороги свободные, никто не мешает. Заходите, заходите, чего мнетесь! Это Роман, а это Оксана. Познакомились в поезде, в одном купе ехали. Разговорились — оказалось, им тоже в нашу сторону. Я и говорю: поехали ко мне, к сыну! Переночуете по-человечески, да и знакомство отметим.
— Ой, простите нас, пожалуйста, что в такой час, — быстро заговорила Оксана, снимая шапочку.
Под ней обнаружилась пышная прическа с начесом почти с Эйфелеву башню.
— Виктор Сергеевич такой общительный, так интересно рассказывал, что мы не удержались. Вы только не переживайте, мы простые люди, нам много не надо. Хоть на полу посидим.
Роман, молчаливый мужчина с лицом человека, давно переставшего удивляться чужим решениям, лишь коротко кивнул и водрузил свой чемодан на пуфик.
— Алексей, ставь чайник, — распорядился Виктор Сергеевич таким тоном, словно находился у себя дома. — Марина, доставай, что у вас там есть. Огурчики, помидорчики, колбаску какую-нибудь. Мы с дороги, голодные, как звери.
Следующие двое суток превратились для Марины в сплошной кошмар. Ее нервы еще не успели прийти в себя после тяжелой рабочей недели, но она уже стояла на кухне и машинально резала хлеб, сыр и колбасу, пока Алексей пытался объяснить отцу, что нельзя так врываться к людям среди ночи. Виктор Сергеевич, однако, не собирался слушать никаких возражений.
— Да бросьте вы, что вы как чужие! — гремел он на всю однокомнатную квартиру. — Свои же люди, семья! Марина, ты чего такая хмурая? Иди сюда, сядь с нами. Роман, наливай! За знакомство!
Оксана быстро освоилась. Она устроилась на кухне у приоткрытой форточки, курила одну сигарету за другой, стряхивая пепел прямо в раковину, и без остановки рассказывала о своей тяжелой судьбе и неблагодарной дочери.
Марина молча кивала, сжимая в кармане халата телефон. В глубине души она почти молилась, чтобы он зазвонил и ее срочно вызвали на работу.
К шести утра шумное застолье наконец начало клониться к упадку.