Игорь никак не мог увидеть в ней красоту.
Перед ним лежало маленькое сморщенное тельце с покрасневшим лицом, губками в форме бантика и носиком-кнопочкой.
Для него эталоном красоты была Татьяна Смирнова.
Вдруг сестра раскрыла беззубый рот и завизжала.
Сразу же её лицо покраснело, словно спелый помидор.
Нина крепче прижала малышку к себе и начала её укачивать, постоянно шепча: «Тш-ш-ш…» Ему было непривычно осознавать, что теперь у Нины появилась ещё одна роль — мамы. — Как назовём? — спросил отец. — Аня, — ответила мама. — Какое-то кошачье имя.
В школе её начнут дразнить Анькой, — фыркнул Игорь. — Тогда Лена, в честь бабушки, — предложил отец.
Вся жизнь теперь строилась вокруг Катеньки, как ласково её называла мама, и её нужд.
Игоря практически не замечали, лишь просили сбегать в магазин, вынести мусор, забрать бельё из стиральной машины и развесить его в ванной.
Он с радостью помогал.
Но когда мама однажды попросила погулять с коляской, пока она моет пол, Игорь резко отказался.
Лучше пусть мама сама выйдет на прогулку, ей тоже полезно подышать свежим воздухом, а он займётся уборкой. — Не пойду, вдруг ребята увидят и будут смеяться, — пробормотал он. — Я её уже одел, она вспотеет.
Оденься теплее сам, на улице холодно.
Простудишься и можешь заразить Катеньку, а она слишком маленькая и слабая, чтобы болеть, — сказала мама.
Игорь неспешно катил коляску во дворе, когда заметил Татьяну Смирнову.
Раньше она бы прошла мимо, сделала вид, что не замечает его, а теперь сразу подошла. — Катенька!
Какая прелесть, — умилённо сказала Татьяна Смирнова и стала идти рядом.
Соседи улыбнулись при виде их, а Игорь не знал, куда спрятать взгляд от смущения.
Вечером мама укачивала Катеньку, напевая колыбельную.
Игорь слушал и незаметно заснул.
Однако Катенька всё же заболела.
Ночью у неё поднялась высокая температура.
Микстурой удалось немного её снизить.
Мама и папа по очереди всю ночь носили её на руках.
Утром температура вновь подскочила и сбить её было невозможно.
Катенька тяжело и часто дышала.
Отец вызвал «скорую».
Никто не обвинял Игоря, но он испытывал чувство вины.
Почти не выходил из своей комнаты. — Дала она нам дрозда, — сказал отец, заглянув к нему, когда «скорая» забрала маму с Катенькой. — А она поправится? — осторожно спросил Игорь. — Я надеюсь.
Конечно, поправится.
Современные лекарства, антибиотики помогут….
Игорь не ожидал, что будет так сильно переживать.
В школе отвечал не по теме, получил тройку, хотя предмет отлично знал.
Когда он вернулся из школы, отец сидел на кухне, уставившись в одну точку.
В груди зашевелилась тревога. — Пап, почему ты дома?
Заболел? — спросил Игорь.
Папа долго молчал. — Нашей Катеньки больше нет, — вздыхая, произнёс он.
Игорь подумал, что отец сходит с ума, но потом понял суть сказанного. — Всё произошло так быстро… Ничего сделать не могли… — Отец спрятал лицо в ладонях и то ли зарычал, то ли всхлипнул. — Пап… — Игорь подошёл, не зная, что сказать.
Отец обнял его, и Игорь впервые увидел его слёзы.
Он сам расплакался, как ребёнок.
Ему хотелось исчезнуть.
Пусть лучше он умрёт, чем Катенька.
Позже мама вернулась из больницы.
Игорь едва узнал её.
Она стала тенью той прежней Нины.
В квартире воцарились тишина и мрак, несмотря на светлый день за окном.
Сердце Игоря разрывалось от жалости к маме, к Катеньке и от чувства вины.
После похорон мама часами сидела возле пустой кроватки.
Ночью она вдруг вставала и бежала к ней.
Ей снилось, что слышит плач Катеньки.
