Спустя год у нашего дела появилось собственное имя — «Дом готов». К тому времени мы уже вели больше сорока квартир и небольшой апарт-отель, сотрудничали с клининговыми бригадами, прачечной и отдельно выстроили направление завтраков. Я успела пройти ещё один курс — на этот раз по пищевой безопасности и организации производства — и взяла на себя операционные процессы вместе с финансами. Валерия Сергеевна занималась регламентами, проверяла качество и на открытии нашего первого скромного офиса сначала назвала арендную ставку откровенным разбоем, а потом, немного походив по комнатам, признала, что место мы выбрали отличное.
Вакансия, о которой Денис не подозревал
После развода Денис успел поработать в двух строительных фирмах и, надо признать, держался там вполне уверенно. Никакой красивой сцены немедленного наказания судьбой не случилось. Жизнь вообще редко устраивает спектакли по заказу. Почти через два года компания, где он тогда числился, потеряла крупного клиента и начала сокращать штат.
Именно в этот период мы искали координатора для выездных команд. Нужен был человек, который мог бы разговаривать с заказчиками, распределять сотрудников по объектам, следить за расходниками, оперативно выезжать на место, если сразу в нескольких квартирах что-то шло не по плану. У Дениса действительно был опыт в продажах и в организации подрядчиков, но ни я, ни Валерия Сергеевна даже не допускали мысли, что он отправит резюме именно к нам.
Первым отбором занималось кадровое агентство, которое вело несколько сервисных компаний, поэтому соискателям не сразу сообщали название работодателя. Его раскрывали только перед финальным этапом. Валерия Сергеевна увидела фамилию сына в списке кандидатов, но мы договорились не вмешиваться и не подсказывать рекрутеру, как к нему относиться. Денис прошёл два собеседования и оказался среди трёх финалистов.
Перед последней встречей ему должны были уже назвать компанию. Но он приехал раньше назначенного времени, заметил на стене логотип «Дом готов», переспросил что-то у администратора и всё равно остался ждать.
Когда Денис вошёл в переговорную, первым делом он увидел мать. Потом перевёл взгляд на меня. И только затем, словно подтверждая собственные догадки, посмотрел на табличку с названием фирмы. На лице у него одно за другим мелькнули растерянность, осознание и неловкость. Садясь за стол, он спросил, правда ли эта компания принадлежит нам. Валерия Сергеевна спокойно поправила его: не «нам», а «наша».
Денис коротко усмехнулся и сказал, что хорошо хоть пришёл не на должность уборщика.
Этой фразой он выдал себя куда точнее, чем во время любой прежней семейной ссоры. Он просил работу в компании, которая выросла именно на труде людей, которых он по-прежнему мысленно ставил ниже себя. Валерия Сергеевна сухо спросила, что именно его смущает в уборщиках. Денис попросил её не начинать.
Я не улыбнулась. За стеной в тот момент наш координатор как раз обзванивала сотрудников и искала замену заболевшей женщине. Чьё-то высокомерие снова упиралось не в абстрактную должность, а в живого человека, которому утром нужно было выйти на чужой объект и сделать работу качественно.
Я положила перед Денисом распечатанное описание вакансии и сказала, что он может уйти прямо сейчас. В таком случае собеседование передадут другому руководителю, и никаких последствий для него не будет. Денис остался.
Разговор прошёл ровно так же, как и с остальными кандидатами. Он отвечал на вопросы о конфликтных ситуациях, планировании графиков, подрядчиках и срочных заменах. Говорил уверенно, иногда даже слишком широко, и Валерия Сергеевна дважды возвращала его от общих рассуждений к конкретным действиям. В браке Денис прекрасно умел убеждать. Теперь нам нужно было понять другое: способен ли он слушать.
Самый неприятный вопрос задала именно его мать. Она описала ситуацию: сотрудница не вышла на смену, гость заезжает через три часа, свободных людей нет. Денис сначала предложил перераспределить команду, затем вспомнил о мобильной бригаде, но в конце всё-таки признал: поедет сам, откроет квартиру и уберёт её, включая полы.
Я не стала возвращать ему прежнюю фразу про «кашеварку». Отсутствие ответного укола, кажется, удивило его сильнее, чем могла бы удивить любая колкость.
Почему мы всё-таки взяли его
После собеседования Денис ушёл, а мы спокойно сравнили всех троих финалистов по одинаковым критериям. По профессиональным навыкам он оказался на втором месте. Первый кандидат запросил оплату выше нашего бюджета и почти сразу принял предложение другой компании. Только после этого мы позвонили Денису и предложили ему должность — с обычным испытательным сроком и обязательной двухнедельной полевой стажировкой.
Это решение можно было назвать рискованным. Но унижением оно не было.
У нас каждый координатор проходил через уборку, подготовку белья, проверку номера и комплектацию завтраков. Когда Денис услышал об этом, он уточнил, распространяется ли правило даже на него. Я ответила, что особенно на него, потому что он собирается руководить именно этими процессами. Сначала он решил, что перед ним замаскированная месть. Тогда я показала ему документы предыдущего координатора с такой же программой стажировки. Впервые его привычная обида не нашла себе подтверждения.
В семь утра Валерия Сергеевна выдала сыну форму и честно призналась, что получает от момента удовольствие, но делает это молча. Первая квартира досталась им после компании молодых гостей. В прихожей валялся кусок пиццы без коробки, и старшая бригады Юлия невозмутимо назвала бывших постояльцев творческими людьми.
Уже через час Денис стоял в спальне и менял постельное бельё.