«К ней уходишь?» — Наталья произнесла ровно и холодно, и Андрей невольно дёрнулся

Подло и горько, но странно неизбежно.
Истории

Продлилась эта история всего три месяца — и не выдержала столкновения с обычной жизнью. Но признаться Наталье, что всё закончилось так бесславно, Андрей не решался. Слишком унизительно было выглядеть человеком, который ушёл «за настоящим счастьем», а в итоге получил усталость, быт и звенящую пустоту.

Полина узнала его мгновенно. Радостно замахала рукой и почти впрыгнула в салон. Всю дорогу девочка рассказывала без остановки: кто с кем поссорился в группе, кто пролил компот, кому воспитательница сделала замечание. Андрей слушал, иногда улыбался, иногда кивал. А уже возле дома Полина вдруг притихла и совсем по-взрослому спросила:

— А почему ты не хочешь быть моим папой? Я тебе чем-то не понравилась?

Он растерялся. Перед ним было открытое, доверчивое лицо ребёнка, и подобрать правильные слова оказалось мучительно трудно.

— Нет, что ты… — быстро сказал Андрей. — Ты мне очень нравишься. Правда. И я бы… хотел. Просто всё как-то неправильно сложилось.

Полина внимательно посмотрела ему в глаза, будто пыталась понять больше, чем он произнёс, потом кивнула:

— Понятно. Ну, пока!

Андрей уехал, но покоя в тот вечер так и не нашёл. Мысли крутились вокруг одного: не сказал ли он лишнего? Не зацепил ли в ребёнке надежду, которую сам не имел права давать?

У Натальи тем временем жизнь стала совсем другой. Теперь всё её время, силы и мысли были связаны с Полиной. Девочка оказалась не тихой сироткой, а настоящим маленьким вихрем: смелая, сообразительная, живая до невозможности. С ней нельзя было заскучать ни на минуту.

И вот однажды Наталье позвонили из садика. Воспитательница говорила взволнованно: Полина разбила нос главному задире в группе. На вечер назначили разговор с родителями — то ли пострадавшей стороны, то ли виновной, как посмотреть. Наталья тяжело вздохнула и набрала уже знакомый номер.

— Андрей, извини, что снова дёргаю. Мне правда нужна помощь. Полина подралась с мальчиком. Он давно её цеплял, обзывал, доводил. Меня вызывают на беседу, а у него мама… такая, что искры летят. Боюсь, мы с ней сами там сцепимся. Поедешь со мной?

Андрей, конечно, приехал. Только вместо матери мальчика их встретил его отец — аккуратный, интеллигентный на вид мужчина. Но первое же, что он произнёс при детях, перечеркнуло всё впечатление:

— Вашу девочку нужно держать подальше от нормальных детей! Мне сказали, она из детдома. Мы не хотим, чтобы наш сын общался с таким ребёнком.

Андрей вспыхнул мгновенно.

— С нашей дочерью всё в порядке! — резко ответил он. — А если ваш сын доводит девочек до того, что им приходится защищаться кулаками, то изолировать надо не её, а его.

Полина смотрела на него с таким восторгом, будто перед ней стоял настоящий герой. Наталья тоже взглянула иначе — удивлённо, мягко, с теплом, которого Андрей давно от неё не видел.

Уже в машине она тихо произнесла:

— Не думала, что ты так скажешь… Что назовёшь Полину нашей дочерью.

— Я и сам от себя такого не ждал, — честно признался Андрей. — Но это ведь ничего не исправляет. На твоём месте я бы меня обратно не пустил. Даже если формально мы всё ещё женаты.

Наталья помолчала, потом кивнула:

— Проблема есть, не спорю. Но, знаешь… можно было бы обсудить для тебя испытательный срок. Как считаешь, Полина? Месяца хватит, чтобы его проверить?

Мисс Титс