— Причём пришлось закрывать не только свою часть, но и его долю тоже.
— Что?! — Оксана даже остановилась. — Но ведь это Дмитрий настаивал, чтобы рожать в платной клинике!
— Вот именно, — Мария горько усмехнулась.
— Я же предупреждала тебя…
— Оксан, пожалуйста, только не начинай.
— А как тут не начинать? — вспыхнула та. — Все эти ваши «пополам» до добра не доводят. Скажи честно: за Полиной вы тоже вдвоём поровну смотрите?
Мария помолчала и отвела взгляд.
— Нет.
— А быт? Готовка, уборка, стирка — это тоже между вами поделено?
— Нет, — Мария едва заметно покачала головой.
— Ну вот! Тогда какой это «пополам»? Это не равенство, а какая-то удобная для него выдумка!
Мария сжала пальцы.
— Он ушёл, — произнесла она почти шёпотом. — Когда я рассказала ему про долг… Он сразу собрался и… — Она наконец подняла глаза на Оксану. — Да, наверное, я сама во всём виновата. Влюбилась, закрыла глаза на очевидное и никого слушать не хотела.
— Подожди, — нахмурилась Оксана. — Какой ещё долг?
И Марии пришлось рассказать всё: и о заблокированном счёте, и о наследстве, в которое она вступила, и о том, что банк почему-то не сообщил нотариусу о кредите её матери. А теперь с неё требовали огромную сумму, будто это была её личная обязанность с самого начала.
Оксана выслушала внимательно, потом задумчиво пожала плечами.
— Странная история. Ты к юристу уже обращалась?
— Ещё нет.
— У нас, кстати, в юридический отдел недавно приняли специалиста. Он как раз раньше занимался наследственными спорами.
— Да, Екатерина Сергеевна уже сказала мне об этом. Только сегодня он в суде. Она обещала с ним поговорить.
— Вот и хорошо. Но, по-моему, с ним надо обсудить не только банк. По поводу Дмитрия тоже стоит проконсультироваться. Декретные у тебя скоро закончатся, зарплата на удалёнке будет не такая уж большая. Я бы на твоём месте подала на алименты на ребёнка.
— Подожди… — растерялась Мария. — Мы ведь не разводимся. Пока, по крайней мере.
— Алименты можно оформить и в браке, — уверенно возразила Оксана.
Мария устало вздохнула.
— Ладно, я пойду. Сейчас мне важнее разобраться с этим долгом и наконец начать работать. Это самое срочное.
— Хорошо, иди, — кивнула Оксана. — Но про алименты я юристу всё равно скажу. Пусть хотя бы объяснит, какие у тебя есть варианты.
Через несколько дней Марии позвонили с незнакомого номера. Мужской голос представился спокойно и деловито:
— Добрый день. Мария Сергеевна? Меня зовут Алексей Михайлович, я юрист. Мне передали вашу ситуацию. Скажу сразу: на мой взгляд, банк допустил нарушение. Нотариус направляет запрос о счетах и обязательствах наследодателя. Если банк не сообщил о кредите, ответственность за это лежит на них, а не на вас. В конце концов, знай вы о долге заранее, вы могли бы вообще отказаться от наследства.
Мария замерла. В груди, где последние недели было только тяжёлое оцепенение, вдруг робко шевельнулась надежда.
— Вы… правда считаете, что это можно оспорить?
— Я не просто считаю, я уверен, что основания есть. Давайте так: на выходных я подъеду, посмотрю документы, и мы решим, как действовать дальше.
Время потянулось медленно, но уже не так безнадёжно. Мария подала иск против банка. Первые заседания закончились не в её пользу, потом были новые жалобы, новые отказы, новые бумаги и бессонные ночи. Однако она не отступила. В конце концов дело дошло до Верховного суда, и там Мария выиграла. Требования банка признали незаконными, а сам банк обязали выплатить ей компенсацию за моральный вред. Сумма оказалась совсем не той, на которую хотелось бы рассчитывать, но после всего пережитого даже это казалось победой.
Спустя неделю после этого Дмитрий вдруг попытался вернуться. Сначала Мария была уверена, что даже разговаривать с ним не станет и сразу укажет на дверь. Но потом сомнения всё же начали подтачивать её решимость. Она сама выросла без отца — и чем это обернулось? Хотела ли она, чтобы Полина повторила её судьбу? Конечно, нет. Может, ради дочери стоило дать мужу ещё один шанс?
В тот день Мария как раз возила Полину в детскую поликлинику.
