Я осознал страшную вещь: её отказ от ухода за собой был не актом феминизма или свободы. Это был симптом глубокого безразличия к партнеру. Ей было всё равно, что я чувствую. Она хотела получать мое внимание, мою заботу и мой комфорт, не отдавая ничего взамен — даже такой малости, как опрятный вид.
Она воспринимала мою тягу к чистоте как слабость, как «женскую привычку», недостойную «настоящего мужчины». Для неё старость была синонимом неопрятности, и она активно приглашала меня в этот мир, где запахи болезни и пренебрежения телом считаются нормой.
Часть VII: Уход в никуда
Утром я собрал вещи, пока она еще спала. Я оставил на тумбочке короткую записку: «Прости, Ира. Я понял, что мы говорим на разных языках цивилизации.
Я не хочу встречать старость в запахе дегтя и пота. Я хочу видеть рядом женщину, которая уважает мое право на эстетику и чистоту так же, как я уважаю её. Мы слишком разные».
Я вышел из пансионата и пошел к станции через лес. Воздух был чистым, холодным, пахнущим хвоей и утренней росой.
Я дышал полной грудью, чувствуя, как удушливый морок последних недель покидает мои легкие.
Через неделю я узнал от Виктора, что Ирина вовсю поливает меня грязью среди общих знакомых. Она называла меня «старым эстетом с манией чистоты», «человеком без души», который променял «настоящую женщину» на «бритые подмышки». Большинство дам её возраста сочувственно кивали ей, осуждая мой «мужской эгоизм».
Я не стал оправдываться.
Прошло три года. Я всё еще один. Иногда, приходя в пустую квартиру, я задаюсь вопросом: не совершил ли я ошибку? Неужели одиночество лучше, чем жизнь с неряшливым человеком?
Но потом я вспоминаю тот запах. Тот тяжелый, кислый аромат пренебрежения. И понимаю, что одиночество — это чистота. Это право дышать свежим воздухом. Это возможность не соприкасаться кожей с тем, что тебе противно.
Ирина же вскоре сошлась с каким-то мужчиной из своего фонда. Недавно я видел их мельком на улице.
Он выглядел неопрятно: мятая рубашка с пятнами пота, нестриженые ногти, какой-то серый цвет лица. Они шли под руку, довольные друг другом. Они нашли свою гармонию в общей запущенности.
