На мгновение на лице Дмитрия мелькнула растерянность, но он быстро подавил ее, приняв за откровенное неповиновение. — Что ты себе позволяешь?
Совершенно страх потеряла? — прошипел он, пытаясь увести меня в сторону, подальше от посторонних глаз.
Однако я осталась неподвижной, ощущая, как моя решимость с каждым мигом крепнет. — Я уже сказала, я жду гостей.
Неудобно выйдет, если они станут свидетелями этой неприятной сцены. — Какие еще гости? — он почти рычал, теряя самообладание. — Хватит.
Ты немедленно пойдешь и сядешь в машину.
Поговорим дома.
Он попытался сыграть карту «заботливого мужа», изображая обеспокоенность состоянием жены.
Обернувшись, он искал поддержки у проходящего мимо официанта.
Но тот лишь вежливо поклонился мне и тихо произнес: «Татьяна Сергеевна, все ли у вас в порядке?» В этот момент к нам подошли наши дети.
Алексей, высокий и в безупречно сшитом костюме, и Марина, элегантная и с уверенным взглядом.
Они были живым отражением моих скрытых вложений. — Мама, мы здесь.
Прости, немного задержались на встрече, — Алексей поцеловал меня в щеку, явно игнорируя отца.
Марина обняла меня с другой стороны, создавая живой заслон.
Дмитрий ошарашенно замер.
Он привык к сдержанному общению с детьми, но это было что-то совершенно новое.
Это был единый, непоколебимый фронт. — А вы что здесь делаете? — он попытался вернуть себе роль главы семьи. — Я вас не звал. — Мама нас пригласила, — спокойно ответила Марина, поправляя мне шаль. — У нас семейный ужин.
И очень важное событие. — Семейный ужин? Здесь? — Дмитрий обвел взглядом зал. — Марина, это заведение не для ваших посиделок.
Я оплачиваю ваш стол в общем зале.
Он по-прежнему не понимал.
Он видел лишь то, что хотел видеть: жену-домохозяйку и бездельничающих детей.
Он не догадывался, что их IT-стартап, который он считал «игрушками», недавно получил предложение о многомиллионной покупке от крупной компании из Киева.
К нам подошел седовласый управляющий, которого Дмитрий всегда называл по-свойски «Ивановичем».
Но сейчас в его поведении не было и тени покорности. — Татьяна Сергеевна, — обратился он исключительно ко мне, голос был громким и четким. — Каминный зал готов.
Ваши гости уже собираются.
Позвольте проводить вас.
Дмитрий застыл на месте.
Он переводил взгляд с управляющего на меня, потом на детей, которые смотрели на него без тени сочувствия.
В его глазах медленно зарождалось мучительное осознание.
Слово «Сергеевна» прозвучало словно выстрел.
Иванович сделал шаг вперед и с поклоном отстегнул бархатную ленту.
Он открывал мне путь в мир, к которому Дмитрий так отчаянно стремился.
В мой мир. — Ты… — выдохнул Дмитрий, в его голосе звучали шок, неверие и зарождающийся страх. — Что все это значит?
Я в последний раз посмотрела на него тем взглядом, который он прекрасно знал — взглядом покорной жены. — Это значит, Дмитрий, что твой столик больше не обслуживается, — сказала я и, не оборачиваясь, переступила через ленту.
Я вошла в каминный зал, чувствуя за спиной его обжигающий взгляд.
Марина и Алексей встали по бокам, словно живой щит.
Все разговоры стихли.
Десятки глаз наблюдали за разворачивающейся драмой.
Дмитрий сделал шаг за мной, пытаясь преодолеть невидимую черту.
Лицо его исказила ярость.
Он не мог мириться с тем, что его выставили за дверь из собственного рая. — Ольга!
Я не закончил! — крикнул он.
Иванович, управляющий, деликатно преградил ему путь. — Прошу прощения, сэр, дальше пройти нельзя.
Это частное мероприятие. — Я ее муж! — взревел Дмитрий, указывая пальцем на меня. — Это моя семья!
