Игорь самодовольно расплылся в улыбке и легонько толкнул Оксану локтем, будто заранее праздновал победу.
— Я закрыла счет и сняла оттуда все средства, — произнесла Наталья.
На кухне на несколько секунд воцарилось почти торжественное молчание. Виктория не выдержала первой — радостно хлопнула в ладоши.
— Тетя Наталья, вы нас просто выручаете! Завтра же едем к нотариусу, оформим расписку!
— Никуда мы не едем, — так же спокойно сказала Наталья Сергеевна. — Расписка вам не понадобится. Деньги я уже вложила. В недвижимость. Именно так, как вы мне и советовали.
Она раскрыла тонкую папку, достала официальный документ и положила его в центр стола. Оксана первой схватила выписку. Ее взгляд заметался по строкам, губы задвигались, пока она пыталась понять написанное.
— Нежилое помещение… договор участия в строительстве… — Оксана подняла глаза на сестру, и в них мелькнуло растерянное недоумение. — Наталья, это что вообще значит? Какое еще помещение?
— Мое, — без лишних эмоций ответила Наталья Сергеевна. — Буду сдавать его в аренду. Для пенсии получится хорошая прибавка. Вы ведь так беспокоились, кто мне в старости воды принесет. Теперь, если понадобится, я смогу оплатить нормальную сиделку. И никому из вас не придется чувствовать себя обязанным.
Игорь заметно побледнел. Бокал, который он до этого лениво крутил в пальцах, он осторожно поставил на стол.
— Подожди… Ты хочешь сказать, что потратила все? Всю сумму? Все миллион двести тысяч гривен?
— Полностью, Игорь. До последней гривны. Даже добавила часть своих текущих накоплений, чтобы не связываться с кредитами.
Виктория резко вскочила. Стул с неприятным скрежетом отлетел назад и ударился о стену.
— Вы нас обманули! Вы же сказали, что подумаете! Мы уже квартиру забронировали, задаток внесли! У нас сделка послезавтра!
— Я сказала, что подумаю, Виктория. И я действительно подумала, — голос Натальи Сергеевны остался ровным, почти мягким. — Но я ни разу не обещала отдавать вам деньги. И уж точно не просила вас вносить задаток за квартиру. Это был ваш выбор. Вы взрослые люди. Значит, пора учиться отвечать за свои решения самостоятельно.
Оксана с силой бросила выписку обратно на стол. Лицо ее перекосило от злости — уже не прикрытой, настоящей.
— Вот ты какая! Гадина неблагодарная! Мы к тебе по-человечески, почти как к родной, а ты за нашей спиной все провернула! Чтобы я еще хоть раз вошла в эту квартиру!
— Это твое право, Оксана, — Наталья Сергеевна поднялась и неспешно подошла к окну. — Вы пришли сюда делить то, что вам никогда не принадлежало. Уже заранее распорядились деньгами, которые я зарабатывала всю жизнь. А теперь возмущаетесь только потому, что я не позволила вам устроиться за мой счет.
— Собираемся, — резко бросил Игорь жене. — Пусть теперь сама сидит со своими стенами. Больше я у нее ни копейки не попрошу. И знать ее не хочу.
Уходили они шумно: хлопали дверцами шкафа в прихожей, шуршали одеждой, сердито переговаривались вполголоса, будто Наталья Сергеевна обязана была услышать каждое обиженное слово. Она не пошла их провожать. Осталась стоять у окна и смотрела, как во дворе один за другим загораются фонари.
Входная дверь захлопнулась так сильно, что в серванте тонко звякнули бокалы.
Квартира снова погрузилась в тишину. Только теперь эта тишина уже не давила и не пугала. В ней было спокойствие, ясность и порядок. Наталья Сергеевна вернулась к столу, убрала нетронутый торт в холодильник, аккуратно сложила выписку и спрятала ее обратно в папку.
Впереди ее ждали дела: найти надежных арендаторов, продумать ремонт, разобраться с налогами и документами. Обычные взрослые заботы человека, который сам распоряжается своей жизнью. И впервые за долгое время Наталья Сергеевна улыбнулась своему отражению в темном оконном стекле — спокойно, уверенно, чувствуя себя свободной и по-настоящему независимой.