Доходы не иссякали: фирма по-прежнему приносила Марии огромные суммы. Со стороны ее жизнь выглядела как безупречная витрина успешной женщины — дорогой дом, налаженный быт, ребенок под присмотром, деньги, статус, свобода. Но стоило вечеру опуститься на особняк, сыну уснуть, а няне скрыться в своей комнате, как в просторных дизайнерских залах начинала звенеть такая пустота, что от нее хотелось бежать. Мария все яснее понимала: ни один счет в банке, каким бы внушительным он ни был, не способен заменить рядом живого человека, с которым можно просто сесть на веранде, держать в ладонях кружку горячего чая и молчать — спокойно, тепло, по-домашнему. Так незаметно минуло пять лет.
Когда Марии исполнилось пятьдесят, она решила отметить юбилей широко и с блеском. Был заказан дорогой ресторан, составлено изысканное меню, приглашены нужные люди, все выглядело торжественно, красиво и немного показательно. Дмитрий, с которым после развода им удалось сохранить ровное, почти дружеское общение, тоже пришел поздравить бывшую жену.
Только на этот раз за все годы после расставания он появился не один. Возле него стояла приятная женщина с мягкой улыбкой и каким-то редким домашним теплом во взгляде. Дмитрий осторожно придерживал ее под локоть, будто боялся случайно задеть или обидеть, и смотрел на нее так бережно, как когда-то в далекой молодости смотрел на саму Марию.
— Мария, поздравляю с юбилеем. Познакомься, это Светлана, — произнес он спокойно и протянул ей роскошный букет роз.
— Очень рада. Хорошо, что ты не один, — ответила Мария с идеально выверенной, безупречной улыбкой.
Но внутри у нее в тот миг словно сорвалось что-то тяжелое. Ее охватила нелепая, унизительная, совершенно не поддающаяся разуму ревность. Весь вечер она незаметно следила за ними: за тем, как Светлана наклоняется к Дмитрию, как он улыбается ей, как легко и естественно они держатся рядом. Именно тогда Мария с болезненной ясностью поняла: ее когда-то «удобный» и «безвольный» Дмитрий оказался кому-то по-настоящему дорог. И хуже всего было другое — без нее он выглядел абсолютно счастливым.
После того вечера прошло несколько месяцев, но тоска не отпускала. Железная, собранная, привыкшая командовать бизнесвумен постепенно дошла почти до отчаяния. Сон исчез. Огромный дом перестал казаться крепостью и все больше напоминал холодный склеп. В конце концов Мария решилась на поступок, который казался ей постыдным, но необходимым как воздух: устроить проверку, пусть даже жестокую и унизительную.
В разгар обычного рабочего вторника она набрала номер бывшего мужа. Когда он ответил, Мария заговорила сорванным, дрожащим от паники голосом:
— Дмитрий… я тебя умоляю. Приезжай немедленно. Пожалуйста.
И тут же сбросила вызов, предварительно отключив телефон.
Через сорок минут он уже был у ее дома. Дмитрий примчался, бросив дела, работу и, похоже, напрочь забыв о правилах дорожного движения. Он влетел внутрь бледный, тяжело дышащий, с расширенными от ужаса глазами.
— Мария, что произошло?! Где ребенок?! Вы живы?! — выдохнул он, оглядываясь по сторонам.
Мария увидела его дрожащие руки, заметила, как испуганно он всматривается в ее лицо, и вдруг больше не смогла держать на себе броню сильной женщины. Маски слетели разом. Она разрыдалась и уткнулась ему в грудь.
— Ничего не случилось… Мы в порядке, — проговорила она сквозь всхлипы.
Потом Мария подняла заплаканное лицо и наконец решилась произнести вслух то, что мучило ее все эти пять долгих лет.
