В первое воскресенье после нашей свадьбы, когда мы едва успели вернуться с отдыха у моря, вечером в пятницу Дмитрию позвонила его мама.
— В воскресенье к часу жду вас на семейный обед, — сказала она таким тоном, будто всё уже решено.
Она не спросила, удобно ли нам, не уточнила, есть ли у меня какие-то ограничения в еде. Просто поставила перед фактом. Дмитрий только пожал плечами: мол, мама всегда любит собирать родных за одним столом, у них так принято, готовит она щедро и, по его словам, очень вкусно. Я спорить не стала. Первый месяц брака, новая семья, новые отношения — решила, что лучше проявить терпение и не начинать с конфликтов.
В воскресенье мы приехали почти ровно к часу. Свекровь — буду называть её Елена Сергеевна — встретила нас в фартуке, вся разрумянившаяся от кухни, и сразу же радостно объявила:
— Сегодня у меня запечённая рыбка, салат с авокадо, а к чаю шарлотка. Твоя любимая, Дмитрий.
Я на секунду даже не нашлась, что ответить. Рыбу я не ем с детства: мне от неё становится плохо, и даже один запах вызывает тошноту. Авокадо тоже терпеть не могу. А уж корица, которой Елена Сергеевна щедро посыпала свои яблочные пироги, для меня вообще отдельное испытание: от её запаха у меня начинает болеть голова.
Тогда я решила не делать поспешных выводов. Ну не мог же человек нарочно собрать в одном обеде всё, что я не переношу. Пока мы снимали обувь в прихожей, я тихо сказала Дмитрию:
— Слушай, там рыба. Я такое есть не смогу.
Он махнул рукой, будто я придираюсь:
— Тогда салат поешь, пирог попробуешь. Только не начинай, пожалуйста.
Я ничего не ответила.
За столом Елена Сергеевна положила мне на тарелку внушительный кусок запечённой трески и с улыбкой сказала:
— Ешь, Мария, рыбка отличная, свежайшая. Утром на рынке купила.
Я вежливо попыталась отказаться:
— Елена Сергеевна, спасибо, но я рыбу не ем. Я вам уже говорила.
Она удивлённо всплеснула руками:
— Да что ты? Разве говорила? Мне казалось, ты просто не пробовала, как я её готовлю. Мою рыбу все едят. Дмитрий в детстве тоже нос воротил, а потом добавку просил.
Дмитрий в это время спокойно жевал и согласно кивал. Мамина рыба действительно была для него чем-то вроде маленького праздника, и мои проблемы в тот момент его совершенно не занимали.
Я попробовала салат. Авокадо там было нарезано крупными мягкими кусками, перемешано с помидорами и кинзой. Кинзу я тоже не люблю, просто раньше об этом не говорила: она не так уж часто встречается в блюдах, поэтому повода не было. Я съела пару ложек, стараясь выбирать только помидоры, но скользкие маслянистые кусочки авокадо всё равно попадались. От этого стало ещё хуже. А когда к чаю вынесли шарлотку, кухня уже заранее была пропитана густым запахом корицы. Я честно откусила совсем немного и потом запила этот вкус тремя чашками чая.
Остаток дня я провела фактически голодной. Уже вечером дома сделала себе бутерброды, сидела на кухне, ела и пыталась себя успокоить: может, я зря накручиваю? Может, Елена Сергеевна правда забыла, что я рассказывала ей про рыбу, корицу и прочие продукты.
Хотя разговор у нас был вполне конкретный. Ещё до свадьбы она расспрашивала, что я готовлю, что люблю, какие блюда предпочитаю. Я тогда честно перечислила: мясо, курицу, индейку, супы, гречку, макароны, обычные салаты без авокадо и кинзы, выпечку без корицы. Она даже уточнила:
— А рыбу совсем не ешь?
Я сказала, что совсем.
— Странно, — заметила она тогда. — Мне казалось, сейчас молодые девушки как раз на рыбе сидят, за фигурой следят.
Я объяснила, что дело не в фигуре, а в том, что мне неприятен вкус и запах. На этом тема вроде бы закрылась.
Но в следующее воскресенье всё повторилось почти до мелочей. Елена Сергеевна приготовила рыбный пирог, поставила на стол тот же салат с авокадо, а на сладкое подала яблочный пирог, щедро засыпанный корицей. Я снова сидела перед почти пустой тарелкой, ковыряла вилкой одинокий салатный лист рядом с основным блюдом и ждала, когда остальные наконец поедят.
Дмитрий заметил, что я почти ничего не трогаю, но вместо того чтобы сказать что-то матери, слегка толкнул меня локтем и прошептал:
— Ну чего ты сидишь как чужая? Возьми хотя бы хлеба.
Я взяла. Хлеб, к слову, был хороший, домашний. Но одним хлебом нормально не наешься.
К концу второго такого обеда я уже не могла списывать происходящее на случайность. Невозможно два раза подряд приготовить именно те блюда, о которых тебе заранее сказали: «Я этого не ем». Это выглядело не как забывчивость, а как определённая линия поведения.
Я всё пыталась понять, в чём смысл. Она меня проверяет? Даёт понять, кто здесь главная хозяйка? Ждёт, что я уступлю и начну есть через силу, лишь бы не обидеть её? Или ей просто безразлично, что нравится мне, потому что за столом важен только её сын, а я — так, дополнение к нему?
После второго воскресного обеда я решила поговорить с Дмитрием серьёзно. Мы сидели в машине возле нашего дома, и я сказала:
— Дмитрий, твоя мама уже второй раз подряд готовит рыбу, салат с авокадо и выпечку с корицей. Ты прекрасно знаешь, что я этого не ем. Ты видел, что я ухожу оттуда голодная. Поговори с ней, пожалуйста. Пусть сделает что-нибудь нейтральное. Обычную картошку с мясом, например. Или хотя бы пирог без корицы.
Дмитрий тяжело выдохнул. Он работал водителем грузового фургона в торговой сети: развозил продукты по магазинам в области, вставал в четыре утра и возвращался домой вымотанным. Любые семейные разговоры, особенно неприятные, его раздражали — это было видно.
— Мария, — произнёс он, глядя не на меня, а в лобовое стекло. — Мама старается. Она целый день стоит у плиты. Ты даже не представляешь, сколько сил она тратит на эти обеды. Она ведь не со зла. Просто хочет, чтобы было вкусно, красиво, по-семейному. Не нравится рыба — съешь салат, возьми хлеб, в конце концов чай попей. За пару часов ты же не умрёшь с голоду.
— За эти пару часов я успеваю так проголодаться, что потом весь вечер сметаю всё подряд, — ответила я. — Но дело даже не только в еде, Дмитрий. Дело в том, что она точно знает, чего я не ем, и всё равно готовит именно это. Почему ты этого не замечаешь?
— Потому что она не нарочно, — упрямо сказал он. — У неё такие привычные рецепты. Она всегда готовила это, когда мы собирались всей семьёй. Рыба — её фирменное блюдо, пирог с корицей тоже. Не проси её переделывать всё меню под тебя, ей будет неудобно.