Но дозвониться до Сергея не получилось. Марина снова и снова нажимала на вызов, прислушивалась к длинным гудкам, а потом слышала сухое сообщение о том, что абонент недоступен. Так продолжалось почти весь вечер. Сначала она злилась, потом тревога начала подниматься где-то под рёбрами, а к ночи терпение окончательно лопнуло. Отложив телефон на минуту, она всё же набрала номер его матери.
— Мариночка… Сергей сейчас в больнице, — тихо произнесла Ирина Сергеевна, и в её голосе было столько усталости и боли, что Марина сразу похолодела.
— Что с ним? Ирина Сергеевна, скажите, пожалуйста, что произошло? — спросила она, уже понимая: обычным недомоганием это не объяснить.
На другом конце провода женщина не выдержала и заплакала. Марина молча слушала эти всхлипы и чувствовала, как внутри всё сжимается в тугой ком. Ей стало ясно: сейчас она услышит нечто страшное.
— Запиши адрес, — наконец смогла выговорить свекровь. — Поезжай к нему завтра. Пусть он сам тебе расскажет… если сможет.
На следующий день Марина вернулась от Сергея совсем другой. А вечером напротив неё сидела Ольга и не могла поверить услышанному.
— Подожди… То есть он серьёзно болен? — растерянно спросила она. — Как такое вообще возможно?
Марина устало провела ладонью по лицу.
— Оказывается, ещё пару лет назад у него нашли опухоль в мозге. Злокачественную. И удалить её нельзя. Он всё это время молчал. Не хотел говорить мне правду. Уйти тоже не решался — боялся, что я не переживу.
Она горько усмехнулась и покачала головой.
— Дурак он… Представляешь, он специально вёл себя так, чтобы я сама его бросила. Делал всё, чтобы я разозлилась, разочаровалась и ушла. И ведь добился своего.
Ольга какое-то время молчала, потом осторожно спросила:
— А про ребёнка ты ему сказала?
— Да, — Марина кивнула. — И знаешь… он был счастлив. По-настоящему.
— Значит, ты решила оставить малыша?
— Конечно. Я буду рожать. Сергей ещё сказал, что обо всём позаботился. Только я не очень понимаю, что именно он имел в виду. Даже странно… интересно, каким образом он мог что-то устроить?
Ольга нахмурилась.
— Может, вам стоит официально развестись? Ну, на всякий случай. Вдруг у него долги, обязательства… Чтобы потом всё это не легло на тебя.
— Об этом надо было думать раньше, — тихо ответила Марина. — Сейчас уже поздно.
Ольга внимательно посмотрела на подругу, ожидая объяснения. Марина смутилась, опустила глаза и добавила почти шёпотом:
— Я разговаривала с его лечащим врачом. Он сказал, что речь идёт уже не о месяцах. Даже не о неделях. О днях.
— Господи… — выдохнула Ольга, не найдя других слов.
Через несколько дней Сергея не стало. Для Марины это было так, будто прежняя жизнь разлетелась на осколки. Но вместе с болью постепенно пришло понимание: она осталась жива, и теперь ей нужно беречь не только себя, но и ребёнка, который рос внутри неё.
Когда похороны, звонки, документы и бесконечные соболезнования наконец остались позади, Ирина Сергеевна передала Марине конверт. Внутри было письмо от Сергея. Он подробно написал, какие у него есть счета, вложения и имущество. Выяснилось, что его дело вовсе не было убыточным. Никаких огромных долгов не существовало. Более того, накоплений оказалось достаточно, чтобы Марина могла спокойно жить и растить малыша.
«Прости, что обманывал тебя, — написал он в конце. — Я правда думал, что так будет лучше».
Марина долго сидела с этим листом в руках. Она так и не смогла решить, сделал ли Сергей правильно или причинил ей ещё больше боли. Наверное, в жизни редко бывает что-то однозначное. Оставалось только принять случившееся и идти дальше. Ради себя. И ради их ребёнка.
