Когда подборка набралась достаточно убедительная, я сохранила адреса самых наглядных объявлений. Картина получилась именно такой, как я и предполагала: цены на подобные участки были почти символическими. За покосившийся сарайчик и заросший сорной травой кусок земли никто бы не выложил серьёзных денег.
После этого я уже не сомневалась, что делать дальше. На следующий день поехала в банк и оформила на своё имя потребительский кредит. С этим проблем не возникло: кредитная история у меня чистая, доход стабильный, поэтому нужную сумму одобрили быстро. Деньги я получила, сняла наличными и сразу отправилась к маме.
Она была дома — сидела перед телевизором и смотрела очередной сериал. Я устроилась напротив, положила на стол планшет и открыла заранее подготовленные объявления.
— Мам, посмотри внимательно, — сказала я ровно, без лишних эмоций, листая фотографии запущенных дач, очень похожих на нашу прежнюю. — Вот сколько реально стоят такие участки. Именно в таком виде, в каком ты когда-то отдала его нам.
Сначала она попыталась отмахнуться, мол, опять я что-то придумываю. Но я не позволила ей уйти от разговора. Достала из сумки две плотные пачки наличных и положила их перед собой: одну — для неё, вторую — для Дениса.
— Вот, — произнесла я, слегка придвинув деньги ближе к ней. — Это сумма, которую ты могла бы получить, если бы продала дачу тогда, в её первоначальном состоянии. Даже чуть больше.
Мама замолчала. Она смотрела то на пачки, то на меня, и по её лицу было видно: такого поворота она не ожидала. Растерянность буквально читалась в каждом движении.
— Я предлагаю простой вариант, — продолжила я всё тем же спокойным тоном. — Вы забираете эти деньги. А дачу оформляешь на меня.
Она нахмурилась, задумалась, потом схватила телефон и позвонила Денису. Разговор затянулся: они что-то обсуждали, спорили, вздыхали. Я какое-то время молча ждала, а потом решила добавить последний аргумент.
— И ещё, мам, учти один момент, — сказала я, глядя ей прямо в глаза. — Если ты откажешься, спокойно продать участок у вас не получится. Мы будем приезжать туда постоянно и объяснять всем покупателям, какая там плохая земля, что ничего толком не растёт, соседи ужасные, место неудачное и вообще участок проблемный.
Мамины глаза округлились. Видимо, сочетание денег на столе и моей решимости подействовало лучше любых уговоров. Ей было неприятно соглашаться, это чувствовалось, но выбора она уже почти не видела. В конце концов она сдалась.
Через некоторое время мы официально переоформили дачу на меня. Все необходимые платежи и оформление я взяла на себя. Маме и Денису достались их доли — ровно те самые деньги, которые я привезла в пачках. Без скандалов, без новых требований и без бесконечных выяснений.
Когда муж узнал, что всё получилось, он был вне себя от радости. Подхватил меня в объятия так крепко, что я едва смогла вдохнуть.
— Ирина, да ты просто гений! — воскликнул он, сияя как ребёнок. — Я же говорил, ты умеешь договариваться! Моя умница!
Но радовалась я не столько его словам. Главное было другое: все его силы, время и душа, вложенные в эту дачу, не пропали даром.
Так мы всё-таки отстояли этот участок. И теперь он стал по-настоящему нашим.