— Да Маринка как-нибудь перебьётся!
Марина замерла возле садовой тропинки, так и не дойдя до веранды. Пальцы уже почти коснулись пластиковой дверной ручки, но рука сама собой опустилась вниз.
Из распахнутого кухонного окна до неё донёсся уверенный, громкий голос Ирины, её двоюродной сестры.
— Андрей, складывай яблоки в коробки, а не в эти вёдра.
— Да какая, по-твоему, разница? — глухо отозвался Андрей.
— Огромная. У дороги в ведре никто брать не станет. Людям нужен приличный вид. Ясно? Каждое яблоко вытри, чтобы блестело.
— Да понял уже. Ты лучше скажи, нашим жильцам звонила?
— Звонила.
— Ну и?
— Предупредила, чтобы за сентябрь платёж отправляли на новую карту. Старую я заблокировала, так спокойнее.
Марина осталась стоять посреди дорожки с пустой брезентовой сумкой в руке.
Она не предупреждала о приезде. Просто в четверг неожиданно освободился день: начальник отпустил её раньше обычного. Марина решила съездить на дачу, набрать ранних груш, забрать из сарая старые плетёные корзины и заодно проведать родню. Ирину с мужем она пустила пожить сюда ещё в начале мая.
Тогда сестра рыдала в трубку, жаловалась, что в квартире прорвало трубы, ремонтники всё разнесли, кругом грязь, пыль, шум, а жить там невозможно. Денег на съём другого жилья, по её словам, не было совсем. Марина пожалела родственников. Отдала ключи и разрешила оставаться до конца лета. Дом всё равно пустовал: сама Марина постоянно моталась по рабочим поездкам и выбиралась за город от силы пару раз в месяц.
— А Маринке-то что говорить будем? — с набитым ртом спросил Андрей с кухни. — Август уже заканчивается. Она ведь скоро нагрянет.
— Да сколько можно? Сказала же: перебьётся наша Маринка! — звонко рассмеялась Ирина.
— Смотри, выставит нас отсюда.
— Куда она нас выставит? У неё в городе двухкомнатная квартира, живёт одна, ни в чём себе не отказывает. А мы здесь и на зиму останемся. С нашей квартиры аренда идёт, её яблоки продадим — первое время протянем.
— А если приедет проверять?
— Скажем, что крышу срочно утеплять надо. Пусть деньги даёт. Мы ведь за домом присматриваем! Можно сказать, бесплатные сторожа. И вообще, эта земля ещё бабушке принадлежала, так что мы тоже не с улицы пришли.
Марина медленно поставила сумку на нижнюю ступеньку крыльца.
Воздуха будто стало меньше. Она машинально одёрнула лёгкую куртку, поднялась выше и резко потянула входную дверь на себя. Петли выдали её неприятным протяжным скрипом.
Ирина сидела за обеденным столом в пёстром домашнем халате. Перед ней лежала разделочная доска, на которой она крупными ломтями резала копчёную колбасу. Напротив расположился Андрей. Он чистил сушёную рыбу и щедро стряхивал чешую прямо на светлую ситцевую скатерть. Эту скатерть Марина привезла из Полтавы прошлым летом.
— Вот это встреча, — отчётливо произнесла Марина с порога.
Ирина вздрогнула всем телом. Нож выскользнул из её пальцев, с глухим стуком ударился о стол и звякнул о фаянсовую тарелку.
Андрей поперхнулся. Торопливо смахнул рыбные ошмётки на пол и уставился на свояченицу.
— Мариночка! — Ирина тут же растянула губы в широкой, но совершенно перекошенной улыбке.
— Не ожидали?
Марина вошла в кухню, даже не сняв обувь.