— Чтобы в квартире и духа кошачьего не осталось! Иначе собирайте вещи! — сорвалась на крик хозяйка.
Комнатка, которую сняла Мария, была совсем маленькой, зато чистой и светлой. Обстановка — старая, потёртая, но добротная. Хозяйка, Надежда Михайловна, в первый же день предупредила без улыбки:
— Я женщина требовательная. Терпеть не могу беспорядок, грязь и шум. Если что-то не устраивает — говорите прямо, без намёков.
Мария только согласно кивнула. Ей сейчас хотелось одного: тихого угла, где можно лечь спать без чужих ссор за стеной и ночных воплей. После нескольких лет в шумных спальных районах под Киевом, где слышно было и шёпот соседей, и каждый шаг сверху, эти условия казались почти спасением.
Она перевезла вещи и понемногу привыкла. Надежда Михайловна оказалась не жестокой, скорее замкнутой и угрюмой. В её взгляде будто навсегда поселилась усталость — то ли от людей, то ли от судьбы, то ли от самой жизни.
Мария старалась быть незаметной. Завтрак готовила на рассвете, пока хозяйка ещё не вставала. По коридору ходила почти бесшумно, телевизор включала редко и тихо. Жила, словно мышь в дальнем уголке.
А потом у подъезда появилась Кира.
Маленькая кошка сидела у двери: тощая, с большими зелёными глазами, слишком разумными для бездомного животного. Она мяукала так жалобно, будто просила: «Ну возьми меня, пожалуйста». Мария не смогла пройти мимо. Подняла её наверх, дала еды и воды, постелила в коробку старое полотенце. Кошечка свернулась тёплым комочком, тихо заурчала, и у Марии внутри впервые за много месяцев словно отогрелось что-то живое.
— Кирочка, хорошая моя, — еле слышно сказала она.
Поначалу казалось, что скрыть питомицу будет легко. Надежда Михайловна почти не заглядывала в её комнату, а Кира вела себя образцово: не драла мебель, не шумела, только мурлыкала да дремала на подоконнике.
Но однажды вечером из коридора раздался резкий окрик:
— Мария Андреевна!
От этого голоса у Марии всё внутри похолодело. У двери стояла Надежда Михайловна с искажённым от гнева лицом, а в пальцах сжимала серый клочок шерсти.
— Это что такое? Кто у вас там?
— Кошка?.. — растерянно выдохнула Мария.
Хозяйка всплеснула руками так, будто услышала о змее или крысе. Щёки её налились багровым, пальцы мелко затряслись.
— Я их терпеть не могу! От них грязь, шерсть и вонь!
— Но она чистая, правда…
— Чтобы завтра же здесь не было никакой кошки! Или освобождайте комнату!
Надежда Михайловна резко развернулась и с силой захлопнула дверь. Мария опустилась на диван, не чувствуя ног. Руки дрожали. Кира подошла к ней, потерлась о щиколотки и тихо, жалобно мяукнула.
— Что же нам делать, девочка? — прошептала Мария. — Куда теперь идти?
К глазам подступили слёзы.
