В общей сложности дополнительные расходы набежали примерно на сто шестьдесят тысяч гривен.
Ольга смотрела на цифры и всё яснее понимала: если через одиннадцать месяцев срок договора закончится, она лишится не просто нескольких квадратных метров на рынке. Она потеряет место, в которое годами вкладывала деньги, силы и время. Витрину, скорее всего, придётся либо оставить, либо демонтировать за собственный счёт. Вывеску тоже невозможно будет просто снять и унести без потерь. Но больнее всего было другое: покупатели привыкли приходить именно сюда, к этому киоску, к этой дорожке между рядами, к её прилавку.
Она взяла телефон и вбила в поисковую строку запрос: «арендатор вложил деньги, договор не продлили».
До часу ночи Ольга переходила с одной страницы на другую. Сначала читала обсуждения на форумах, потом открывала статьи юристов, написанные простым языком, чтобы хотя бы понять, с какой стороны подступиться к проблеме. Истории попадались почти одинаковые: одна женщина из Полтавы лишилась маленькой кофейни, другой мужчина из Полтавы потерял шиномонтаж. Смысл везде повторялся: арендодатель спокойно ждёт, пока человек приведёт точку в порядок, вложит туда деньги, наработает клиентов, а потом либо резко меняет условия, либо передаёт место тому, кто готов платить больше.
На следующее утро Ольга решила действовать и сделала сразу три шага.
Во-первых, она аккуратно сфотографировала оба договора — прежний и новый. Страницу за страницей, так, чтобы были видны даты, подписи и все спорные пункты. Затем отправила снимки себе на электронную почту, чтобы копии не пропали.
Во-вторых, начала искать юриста. Не просто любого специалиста из ближайшей конторы, а именно того, кто занимался спорами по аренде. После нескольких звонков она нашла Дмитрия Олеговича. Его офис находился в городе, консультация стоила восемьсот гривен.
В-третьих, Ольга позвонила Наталье и попросила сфотографировать её договор тоже. На всякий случай.
— А зачем тебе? — удивилась Наталья.
— Если у тебя условия отличаются от моих, это будет подтверждением, что меня вытесняют отдельно, — объяснила Ольга.
Через час Наталья прислала фотографии.
К Дмитрию Олеговичу Ольга попала только спустя три дня. Он принимал в небольшом офисе на первом этаже жилого дома. В помещении пахло свежим кофе, бумагой и чем-то канцелярским.
Ольга разложила перед ним оба своих договора, распечатанные фотографии договора Натальи и чеки за витрину.
Дмитрий Олегович долго просматривал документы, не перебивая её и почти ничего не говоря. Потом отложил бумаги, снял очки и произнёс:
— Значит, картина такая. Десять лет вы арендовали место на одних и тех же условиях. Каждый год договор фактически продлевался. В новом варианте пункт о пролонгации убрали и отдельно прописали, что продление не предусматривается. При этом у вашей соседки, у которой аналогичная точка, такого ограничения нет. Я правильно понимаю?
— Да, всё так.
— В само место вы вкладывали собственные средства?
— Витрина, стеллажи, вывеска, подключение электричества. За десять лет примерно сто шестьдесят тысяч гривен.
— Подтверждающие документы сохранились?
— На витрину и вывеску есть чеки. На остальное нет, я платила мастерам наличными.
— Хорошо. Будем исходить из того, что есть, — сказал Дмитрий Олегович. — Теперь слушайте внимательно. Сам по себе собственник вправе не продлевать договор. Но если арендатора начинают выдавливать избирательно, если есть вложения, которые нельзя забрать без ущерба, и если всё это делается, чтобы освободить место под другого человека, тогда уже можно говорить о недобросовестном поведении и требовать компенсацию.
— И что мне теперь делать?
— Для начала — досудебная претензия. Обязательно письменно. В ней нужно описать ваши вложения, приложить копии чеков, указать, что условия у других арендаторов отличаются. Просить можно о переговорах, о сохранении прежнего порядка аренды либо о компенсации того имущества и улучшений, которые вы физически не сможете забрать с собой. Если ответа не будет или вам откажут — тогда уже можно готовить иск.
Ольга медленно кивнула, стараясь запомнить каждое слово.
— Дмитрий Олегович, а если они за эти одиннадцать месяцев просто найдут нового арендатора, а потом скажут мне: срок вышел, освобождайте место?
— Пока договор действует, выгнать вас не имеют права, если вы не нарушаете его условий. Но когда срок закончится, точка действительно станет свободной. Поэтому ждать нельзя. Действовать нужно сейчас, а не за месяц до конца.
Из кабинета Ольга вышла с листком, на котором Дмитрий Олегович коротко расписал порядок действий.
Первое: подготовить претензию.
Второе: отправить её заказным письмом с уведомлением. Не по электронной почте и не передавать лично в руки, а именно через почту, чтобы остался трек-номер и подтверждение отправки.
Третье: выждать тридцать дней.
Четвёртое: если ответа не последует или придёт отказ, подавать документы в суд.
На составление претензии у Ольги ушло два вечера. Дмитрий Олегович потом проверил текст, поправил формулировки и сказал, что теперь документ выглядит достаточно уверенно. К готовому письму Ольга начала собирать все доказательства, которые могла подтвердить документально.