— Алексей, открывай калитку! Мы банки пустые привезли и мешки для картошки захватили!
Голос свекрови перелетел через забор из вишневого металлопрофиля таким властным и звонким окриком, что соседский пушистый кот, мирно развалившийся на деревянном столбике, испуганно дернулся и тут же юркнул в заросли малины.
Ольга застыла прямо посреди двора. В одной руке она держала пластиковое ведро, доверху наполненное только что сорванными огурцами. Августовское солнце жарило макушку, от нагретых грядок тянуло терпким запахом томатной ботвы, земли и цветущего укропа. Женщина медленно обернулась к калитке, словно не до конца поверила тому, что услышала.
Рядом с ней остановился Алексей. Он как раз выкатывал из сарая газонокосилку и теперь стоял растерянный, вытирая лоб тыльной стороной ладони. На коже тут же осталась темная грязная полоса.
За забором надсадно чихнул знакомый мотор серебристой машины и сразу заглох. Затем хлопнули дверцы, а следом донесся узнаваемый стеклянный перезвон — так звенят пустые трехлитровые банки, когда их тащат целыми сумками.
— Мама? — Алексей шагнул к калитке, все еще не понимая, что происходит. — Вы чего это приехали?
Замок щелкнул, створка распахнулась, и на аккуратную дорожку, выложенную тротуарной плиткой, уверенно ступила Татьяна Сергеевна. Одета она была так, будто собралась в гости, а не на огород: светлая нарядная блузка, легкие брюки, чистая обувь. Следом, лениво шаркая кроссовками, вошел Дмитрий — младший брат Алексея. Вид у него был помятый и недовольный. В обеих руках он волок по огромной клетчатой сумке, из которых предательски торчали горлышки банок.
— Чего приехали, спрашивает! — свекровь всплеснула руками и окинула двор Ольги таким взглядом, будто явилась с проверкой. — А зачем еще на дачу ездят? Заготовки на зиму делать! У Дмитрия в багажнике еще сетки для овощей лежат.
Ольга почувствовала, как тонкая ручка ведра больно врезалась в пальцы. Она втянула горячий августовский воздух и попыталась успокоить сердце, которое вдруг забилось слишком быстро.
Происходящее выглядело настолько нелепо, что на секунду ей даже показалось: это какой-то странный сон.
Тема дачи в их семье всегда была болезненной. У родителей Алексея и Дмитрия много лет имелся большой ухоженный участок в старом дачном поселке: двухэтажный кирпичный дом, пятнадцать соток плодородной земли, взрослые яблони, просторная стеклянная теплица. Татьяна Сергеевна обожала это место и называла его не иначе как «наше семейное гнездо».
С тех пор как Ольга вышла замуж за Алексея, почти все их выходные проходили именно в этом «гнезде». Но отдыхом это не называлось. Они ездили туда как на обязательную смену после основной работы. Алексей латал крышу, чистил колодец, таскал тяжелые мешки с удобрениями, копал грядки и ремонтировал все, что ломалось. Ольга часами стояла согнувшись: полола морковь, подвязывала помидоры, собирала колорадских жуков с картофельных кустов, мыла банки, перебирала ягоды.
Татьяна Сергеевна чаще всего руководила всем процессом с веранды, неторопливо прихлебывая чай из фарфоровой чашки. А Дмитрий появлялся на участке обычно ближе к вечеру — как раз тогда, когда на мангале уже начинало шкворчать мясо.
Вообще Дмитрий с молодости не любил напрягаться. Он то загорался какой-нибудь бизнес-идеей, то бросал ее через месяц, менял работы, жаловался на начальников, клиентов, государство, погоду и собственную невезучую судьбу. Татьяна Сергеевна младшего сына жалела без меры. Тяжелой работой его не нагружала, от любых обязанностей прикрывала и всякий раз находила объяснение его безделью.
И вот однажды, после того как Алексей снова потратил весь отпуск не на море и не на отдых, а на строительство новой бани на родительском участке, Татьяна Сергеевна собрала обоих сыновей на кухне своей городской квартиры. Села во главе стола, выдержала торжественную паузу и объявила, что давно все обдумала и приняла окончательное решение.
Всю дачу она переоформила на Дмитрия.
Тогда свекровь говорила мягко, почти ласково, внимательно глядя старшему сыну в глаза. Объясняла, что у Алексея и так все в жизни устроено: есть профессия, стабильная зарплата, нормальная семья и трудолюбивая жена Ольга рядом. А вот Дмитрию, мол, судьба пока не улыбается. Ему нужна опора, какой-то настоящий актив, чтобы он наконец почувствовал уверенность под ногами и начал жить по-взрослому.
Документы оформили официально, без оговорок и возможности отыграть назад. Ольга до сих пор помнила, как спокойно и даже буднично Татьяна Сергеевна рассказывала, что они сходили в ЦНАП, подали заявление и зарегистрировали переход права собственности в украинском Государственном реестре вещных прав на недвижимое имущество. Отдельно она подчеркнула: договор оформлялся как сделка внутри семьи.