— Татьяна Викторовна?.. Это вы? Вам плохо? На вас же лица нет… Господи, что произошло? — голос Марии предательски дрогнул, но сквозь испуг уже пробивалась злость, резкая и холодная.
В тусклом свете прихожей перед ней стояла свекровь: прямая, сухая, с привычно поджатым ртом и таким взглядом, от которого у Марии каждый раз будто ледели пальцы.
— Что произошло? — переспросила Татьяна Викторовна, криво усмехнувшись. — Тут ещё надо разобраться, что именно. Ты, небось, решила, что я ничего не замечу? Что всё тебе простится? Только просчиталась ты, Мария. Я не такая наивная.
Мария растерянно моргнула, пытаясь понять, где заканчивается недоразумение и начинается откровенная нападка.
— Что вы имеете в виду? Что я должна была скрывать?
— Свои встречи, — отрезала свекровь. — Как ты по кафе разгуливаешь. Да ещё и не одна. С мужчиной.
— С каким ещё мужчиной? — Мария даже не сразу нашла, что ответить.
Татьяна Викторовна сделала шаг ближе, пакет в её руке сухо зашуршал. Она остановилась почти вплотную, и Марии невольно пришлось отступить назад.
— С тем самым, с кем за столиком сидела. Миловалась. Обнималась. Целовалась, небось. Ах ты бессовестная…
У Марии внутри всё словно стянулось тугой верёвкой.
«Да ничего подобного не было. Этого просто не могло быть. Я пила кофе с коллегой, мы обсуждали проект. Он всего лишь положил руку на спинку стула…»
— Вы неправильно всё поняли, — с трудом произнесла она. — Это был мой коллега. Мы просто говорили по работе.
— Просто? — Татьяна Викторовна фыркнула. — А глаза почему прячешь? Я видела достаточно. И как только Дмитрий вернётся домой, я ему всё выложу. Подробно. Пусть узнает, чем занимается его жена, пока он деньги зарабатывает!
Мария стиснула пальцы так сильно, что ногти впились в ладони. Ей хотелось сорваться, закричать, спросить, какое право та имеет врываться в их жизнь с такими обвинениями. Но вместо крика прозвучал почти шёпот:
— Зачем вы это делаете? Для чего?
— Потому что семью защищать надо, — холодно ответила свекровь. — А ты её разваливаешь.
Сказав это, Татьяна Викторовна прошла мимо так уверенно, будто была хозяйкой квартиры. За ней потянулся сладковатый запах духов, тяжёлый и липкий. В гостиной она без приглашения опустилась в кресло, вынула из сумки веер из дешёвого пластика и начала медленно обмахиваться, словно разгорячилась от собственной правоты.
Мария ещё несколько секунд стояла в коридоре, прислушиваясь к своему сердцу. Она давно знала: свекровь её терпеть не может. Но чтобы вот так, без единого доказательства, с порога обвинить в измене… Это уже было не обычное раздражение. Это было объявление войны.
Она прошла на кухню, на автомате включила чайник, хотя пить чай совсем не собиралась. Ладонь скользнула по столешнице, будто Мария искала хоть какую-то опору.
«Нужно написать Дмитрию. Всё объяснить. Он поймёт. Он ведь всегда меня слышал…»
Но телефон оставался немым. Сообщение ушло и повисло без ответа: «У нас твоя мама. Говорит, будто видела меня с каким-то мужчиной. Это неправда. Пожалуйста, ответь, любимый».
Квартира снова погрузилась в тишину.
Примерно через час в замке входной двери щёлкнул ключ, и Мария невольно вздрогнула.