— Это ещё что такое? — Игорь указал пальцем на пакет. — Снова лишнего набрала?
Я молча поставила покупки на стол. Самый обычный пакет из «Пятёрочки»: хлеб, молоко, кусок сыра, куриное филе. И ещё пачка печенья за сто двадцать рублей — Никита попросил именно его.
— Чек давай.
Двенадцать лет. Ровно двенадцать лет после каждого похода в магазин он изучал чек так, будто я принесла домой не продукты, а доказательства преступления. Я вытаскивала покупки и раскладывала их по местам, а Игорь стоял рядом, медленно вёл пальцем по строкам и едва заметно шевелил губами, пересчитывая.
— Печенье… сто двадцать. Есть нормальное за шестьдесят.
— Никита это попросил.
— Никита попросил, — передразнил он. — А ты, конечно, сразу рада деньги спустить. Они же не твои.
Я ничего не ответила. Поставила молоко в холодильник, аккуратно свернула пустой пакет. Руки сами выполняли привычные движения, а в голове крутилась одна и та же мысль: десять лет. Уже десять лет я нигде официально не работаю. Ушла с работы, когда Никите исполнился год. Тогда Игорь говорил уверенно: «Сиди дома, зачем тебе эта контора, я сам всё обеспечу». Я поверила. Осталась дома. А теперь каждый магазинный чек превращался для меня в допрос.
Двадцать пять тысяч в месяц — столько он давал на дом. На всё сразу: продукты, порошок, мыло, тетради для Никиты, мои колготки, лекарства, если кто-то заболевал. Двадцать пять тысяч на троих. Зато себе Игорь спокойно покупал часы за восемьдесят тысяч, каждый год менял телефон и заливал полный бак, даже не задумываясь о сумме.
— А сметану эту зачем взяла? У нас ещё старая стоит.
— Она испортилась. Ещё позавчера.
— Значит, не умеешь вовремя использовать. Покупаешь больше, чем надо.
Я убрала сметану на полку и закрыла холодильник. Без резких движений. Без споров. Тихо, как всегда.
— Завтра купишь то печенье, которое по шестьдесят, — бросил он и вышел из кухни.
Я осталась стоять перед холодильником, сжимая пальцами край полки. Потом достала телефон и открыла калькулятор. Двадцать пять тысяч разделить на тридцать дней — восемьсот тридцать три рубля в сутки. На троих. Двести семьдесят восемь рублей на человека. Завтрак, обед и ужин.
Я закрыла калькулятор и тут же открыла другое приложение. Банковское. Только не то, о котором знал Игорь. Совсем другое — с маленькой зелёной иконкой, спрятанной в папке «Игры». Туда он точно не полез бы.
На экране высветилась сумма. Я посмотрела на неё несколько секунд и заблокировала телефон.
Потом вымыла руки и принялась готовить ужин. Куриное филе с картошкой. Дёшево, сытно и без лишних претензий — именно так, как ему нравилось.
О моём канале на Дзене Игорь понятия не имел.
Два года назад я вечером сидела на кухне. Никита делал уроки, Игорь в комнате смотрел футбол, а я листала статьи про рассаду. У нас была дача в Ирпене — шесть соток земли, и каждую весну я высаживала помидоры, огурцы, перцы, клубнику. В тот вечер мне попалась чья-то статья о подкормках, и я вдруг подумала: какая же чушь. Я ведь сама всё это знаю гораздо лучше. Двадцать лет с землёй — это не шутка. Я знала сорта, болезни, способы подвязки, сроки посева и все эти мелочи, на которых держится урожай.
В тот же вечер я зарегистрировалась на Дзене. Первую статью написала сразу: «Когда сеять томаты на рассаду: разбираю по дням». За неделю её посмотрели семнадцать человек. Я не расстроилась. Следом написала вторую — о том, как спасти клубнику после возвратных заморозков. У неё уже было триста просмотров.
Потом появилась третья статья. Пятая. Десятая.
Через четыре месяца канал подключили к монетизации, и Дзен начал платить. Сначала выходило три тысячи в месяц. Затем восемь. Потом двадцать.
Я оформила отдельную карту в другом банке. Всё сделала онлайн за полчаса, пока Игорь был на работе. Он ничего не заметил. Да и с чего бы? Он был уверен, что я просто «залипаю в телефоне».
Так он и говорил почти каждый вечер, появляясь на кухне:
— Опять в телефоне сидишь? Лучше бы ужин нормально приготовила.
А я в этот момент дописывала материал о выращивании баклажанов в открытом грунте. Позже эта статья принесла мне четыре тысячи двести рублей. Больше, чем его «нормальное» дешёвое печенье за полгода.
Теперь у моего канала было восемнадцать тысяч подписчиков. За прошлый месяц Дзен начислил восемьдесят пять тысяч рублей. Это было больше, чем Игорь выдавал мне на хозяйство за три с половиной месяца.
Но я ему ничего не рассказывала.
Не потому, что боялась. Нет. Просто я заранее знала его реакцию. Он бы усмехнулся и сказал: «Ну и что это за копейки? Ты это работой называешь? Писульки в интернете?» И мне стало бы мерзко. Даже не из-за самих слов, а из-за того, что он действительно так думал. Для него мой труд был пустяком. Рассада, тексты, фотографии, подписчики — всё это казалось ему баловством. Настоящей работой он считал только свой офис, свой костюм и своего начальника Олега.
Однажды он всё-таки заметил, как я фотографирую рассаду.