— Наталья, ты уж не принимай близко к сердцу, но на свадьбе Даниила тебе отвели место за пятым столом, — сказала свекровь и подвинула ко мне листок.
На бумаге были нарисованы кружки с цифрами. Возле одного из них значились Даниил, его невеста, родители невесты, мой муж Владимир и сама Галина Павловна.
Своё имя я нашла почти в самом конце схемы — в дальнем углу зала. Меня посадили между двоюродной сестрой Владимира и какой-то Раисой Николаевной.
— А это кто такая? — уточнила я, ткнув пальцем в незнакомую фамилию.
— Троюродная тётя Владимира. Кстати, очень милая женщина.
— Охотно верю. Только объясните мне, пожалуйста, почему мать жениха должна сидеть рядом с троюродной тётей, а бабушка жениха — возле молодых?
Галина Павловна неторопливо поправила очки.
— Потому что за центральным столом будут самые родные. А ты, если честно, в подготовке почти не участвовала.
Я даже на секунду растерялась и не сразу нашла, что ответить.
— Галина Павловна, Даниил ведь сам просил нас не вмешиваться.
— Вот ты и не вмешивалась, — спокойно заметила она. — А я помогала. Родственников записала, всем позвонила, с рестораном разговаривала.
— И в награду за это вы решили отсадить меня подальше от сына?
Свекровь плотно сжала губы.
— Наталья, не надо из обычной рассадки устраивать семейную трагедию. Даниил всё равно весь вечер будет занят. Какая тебе разница, где сидеть?
Я ещё раз пробежалась глазами по её плану.
— А сам Даниил в курсе, что вы меня пересадили?
— Пока нет. Я хотела сначала с тобой всё обсудить.
Вот в этот момент многое окончательно встало на свои места.
Галина Павловна вовсе не ошиблась, расставляя имена. Она отлично понимала, что делает. Просто была уверена, что я промолчу и проглочу обиду ради того, чтобы перед свадьбой не поднимать шум.
— Тогда отправьте эту схему молодым, — сказала я. — Пусть они сами посмотрят.
Лицо свекрови сразу стало недовольным.
— Я думала, ты проявишь благоразумие.
Я поднялась из-за стола.
— Именно это я и собираюсь сделать. Поэтому не стану за сына решать, кто для него ближе.
Через три дня Даниил приехал ко мне с тем самым листком. Сначала он посмотрел на пятый стол, потом на меня и с недоумением спросил:
— Мам, бабушка что, решила, что ты у нас какая-то дальняя родня?
Мне сорок восемь лет, Владимиру — пятьдесят один. Мы вместе почти три десятка лет. Наш единственный сын Даниил уже взрослый, ему двадцать семь.
Он давно живёт отдельно от нас. Работает инженером в строительной фирме, квартиру снимает вместе с Юлией. Ей двадцать пять, она занимается дизайном интерьеров. Познакомились они три года назад, а прошлой осенью сообщили, что решили пожениться.
Юлия мне понравилась почти сразу. Спокойная, внимательная, без лишней важности, умеет посмеяться над собой. А самое главное — рядом с ней Даниил как будто стал увереннее.
Раньше он мог минут тридцать выбирать пиццу, потому что хотел, чтобы понравилось всем. Теперь уже научился прямо говорить, чего хочет сам. Хотя пиццу, насколько я знаю, они всё равно выбирают небыстро.
Когда сын с невестой объявили о свадьбе, я искренне обрадовалась.
— Мам, только я сразу скажу: мы хотим всё организовать сами, — предупредил Даниил.
— И правильно, — ответила я. — Это ваша свадьба, значит, и решения должны быть ваши.
— Ты не расстроишься?
— Из-за чего? Из-за того, что мне не придётся бегать по ресторанам и спорить, какого цвета должны быть салфетки? Сынок, я только рада.
Даниил засмеялся.
Мы с Владимиром предложили помочь деньгами, но молодые отказались. Сказали, что отложили достаточно. Торжество они задумали камерное — примерно на пятьдесят гостей, в загородном ресторане, где была отдельная площадка для выездной церемонии.
Я дала слово не лезть в подготовку. Если Юлия спрашивала моего мнения, я отвечала. Если не спрашивала — занималась своими делами.
Мне казалось, что всё идёт просто замечательно.
Но я не приняла во внимание Галину Павловну.
Моей свекрови семьдесят два. Она вдова, живёт одна, но скучать ей некогда и, кажется, она вообще не умеет этого делать.
Много лет Галина Павловна заведовала школьной столовой. Привычка всё распределять, записывать и контролировать у неё осталась такая крепкая, что даже обычный семейный обед она могла превратить в мероприятие с назначенными ответственными.
Однажды на её семидесятилетии я увидела у входа список гостей и отдельную схему, где каждому было указано, на какой крючок повесить верхнюю одежду.
— Чтобы никто ничего не перепутал, — пояснила тогда свекровь.
Путаницы действительно почти не случилось. Правда, дядя Андрей потом полчаса искал свою куртку, потому что повесил её не туда, куда было велено.
Когда Даниил рассказал о свадьбе, Галина Павловна сразу оживилась.
— Вот теперь всё надо продумать как следует! Сколько человек приглашаете? Где будете праздновать? Кто меню составляет?
— Бабушка, у нас есть организатор, — объяснил ей внук.
— Организатор! Только деньги на ветер. Я тебе такую свадьбу устрою, что потом все годами вспоминать будут.
Даниил улыбнулся, стараясь не обидеть её.
— Спасибо, но мы с Юлией уже решили, как хотим.
На словах свекровь вроде бы согласилась. Но уже через два дня позвонила мне.
— Наталья, ты выяснила, будет ли на свадьбе холодец?
Я едва телефон из рук не выронила.
— Нет, Галина Павловна. Я этим не интересовалась.
— Как это не интересовалась? У нас половина родни без холодца праздничный стол за праздничный не считает.
— Думаю, ресторан с меню справится.
— Ты ко всему относишься слишком легкомысленно.
Ещё через неделю оказалось, что Галина Павловна успела посоветовать молодым заменить живые цветы искусственными, позвать баяниста и заказать огромный торт с фигурками лебедей.
Юлия вежливо поблагодарила её за идеи, а Даниил отдельно попросил бабушку ничего не бронировать и не заказывать без их согласия.
Дольше всего, конечно, обсуждали холодец.
— Бабушка, свадьба будет в июне. Мы выбрали другое меню.
— А что, в июне холодец есть нельзя?
— Можно. Просто мы его не хотим.
— Вот вырастешь — поймёшь.
Даниилу через несколько месяцев должно было исполниться двадцать восемь, но на эту фразу он отвечать не стал.
Со временем Галина Павловна всё-таки нашла, чем себя занять.
Она предложила помочь со списком родственников со стороны Владимира. И это, надо признать, было разумно: свекровь действительно лучше всех помнила, кто кому приходится, кого давно не видели и кого нельзя забыть пригласить.
Даниил попросил её уточнить имена, фамилии и номера телефонов.
Потом Галина Павловна сама вызвалась сделать предварительный вариант рассадки.
— Я знаю, кто с кем нормально общается, — уверяла она. — Посажу людей так, чтобы всем было удобно и никто не скучал.
Молодые согласились посмотреть её набросок, но сразу предупредили: окончательное решение всё равно останется за ними.
О том, что Галина Павловна взялась за рассадку, мне было известно.