Вы добились желаемого.
Она вышла, захлопнув дверь.
Два часа бродила по улицам.
Муж звонил, но она не отвечала.
Потом вернулась, без слов покормила детей и уложила их спать.
Ночью Виктор попытался её обнять: – Оль, ну не злись.
Она отскочила: – Я не злюсь.
Я просто осознала, кто в этой семье главный. – Кто? – Твоя мама, – она отвернулась. – Не я и не ты.
Она.
И пока ты не научишься ей отказывать, мы так и будем жить впятером, словно в клетке.
Прошло ещё несколько недель.
Ольга серьёзно задумалась о новых вариантах: может, оформить ипотеку только на себя, не продавая квартиру?
Но банк, скорее всего, откажет – доходов недостаточно.
Или съехать в съёмное жильё?
Это тоже дорого.
Она сидела на кухне, глядя на стены, и размышляла: как так получилось, что квартира стала важнее людей?
Что абстрактный страх развода важнее реальной тесноты троих детей?
За стеной Дмитрий с Наташей снова ссорились из-за игрушек.
Илья плакал.
Виктор, уставший после работы, молча лёг на диван.
Ольга поняла: так они проживут ещё год, два, пять.
Пока дети не вырастут.
Или пока она сама не сорвётся окончательно.
А Тамара Сергеевна будет спокойно спать, зная, что сын «защищён».
От кого — непонятно.
От жизни, наверное.
